Пятьдесят оттенков серого

Можно ли верить Тейлору?

* * *В восемь часов вечера заявляется Хосе с китайской едой. Мы закончили сборы. Все упаковано, можно ехать. Хосе принес несколько бутылок пива. Мы с Кейт устраиваемся на диване, а он сидит между нами на полу, скрестив ноги. Мы смотрим дурацкие телепрограммы, пьем пиво и под его действием громко предаемся воспоминаниям. Хорошие были эти четыре года.

Мы с Хосе снова в добрых приятельских отношениях, неудачный поцелуй забыт. Вернее, заметен под ковер, на котором возлежит моя внутренняя богиня, которая ест виноград, барабанит пальцами и с нетерпением ждет, когда наступит воскресенье.

В дверь стучат, и мое сердце подскакивает к горлу. А вдруг это…

Кейт открывает, и Элиот едва не сбивает ее с ног. Он в лучших голливудских традициях страстно ее целует, и они сливаются в объятиях, которые сделали бы честь европейскому артхаусному кино. Нет, ну никакого стыда! Мы с Хосе переглядываемся. Я потрясена до глубины души.

— Может, пойдем в бар? — предлагаю я Хосе, и он энергично кивает.

Нам обоим неловко находиться там, где так несдержанно проявляют сексуальное влечение. Кейт, покраснев, смотрит на меня блестящими глазами.

— Мы с Хосе идем выпить.

Я закатываю глаза. Ха! Я еще могу закатывать глаза, когда кое-кого нет поблизости.

— Хорошо, — улыбается Кейт.

— Привет, Элиот, пока Элиот."

"Он подмигивает мне, и мы с Хосе спешим к двери, хихикая, как подростки.

Мы шагаем к бару, и я беру Хосе под руку. Господи, какой же он простой, раньше я этого не ценила.

— Так ты приедешь на открытие моей выставки?

— Конечно, Хосе.

Когда?

— Девятого июня.

— Какой это день недели?

Неожиданно впадаю в панику.

— Четверг.

— Да, думаю, получится. А ты приедешь к нам в Сиэтл?

— А то как же! — ухмыляется Хосе.

Уже поздно, когда я возвращаюсь из бара. Кейт и Элиота нигде не видно, но зато как их слышно! Вот черт. Надеюсь, я не такая шумная. Вот Кристиан точно не шумит. При мысли о нем я вспыхиваю и сбегаю к себе в комнату. Мы с Хосе коротко обнялись на прощанье — слава богу, без тени неловкости, — и он ушел.

Не знаю, когда снова его увижу, возможно, только на выставке. Меня охватывает радость при мысли о том, что наконец-то у него будет выставка. Я буду скучать по Хосе и его мальчишескому очарованию. У меня не хватило духу сказать ему о машине. Он наверняка разозлится, узнав о ее продаже, а мне хватает и одного злобного мужчины. У себя в комнате я включаю чертову штуковину и — кто бы сомневался? — вижу е-мейл от Кристиана.