Пятьдесят оттенков серого

Я вишу на ремнях вниз головой, глупо хихикая. Кристиан возвращает планер в исходное положение.

— Ну как? — кричит он.

— С ума сойти!

Мы падаем вниз в лучах утреннего солнца, слушая ветер и молчание. Можно ли желать большего?

— Видишь перед собой рычаг? — кричит Кристиан.

Я смотрю на штуковину, которая слегка покачивается у меня между ног. О нет, что он задумал?

— Возьмись за него.

Вот дьявол! Он хочет, чтобы я управляла планером? Ни за что!

— Давай же, Анастейша! — в сердцах восклицает Кристиан.

Я с опаской берусь за рычаг и чувствую качание лопастей, или что там держит эту штуковину в воздухе.

— Крепче держи… ровнее. Видишь циферблат? Следи, чтобы стрелка стояла ровно посередине.

Сердце выпрыгивает у меня из груди. Вот черт! Я управляю планером… я лечу!

— Умница! — одобряет мой маневр Кристиан.

— Неужели ты позволил мне верховодить?

— Вы еще удивитесь, мисс Стил, что я намерен вам позволить. Теперь я.

Рычаг дергается, я отпускаю его, планер падает еще на несколько футов, уши снова закладывает.

— Брансвик, это Би-Джи-Эн Пи-З-Эй, захожу слева по ветру на седьмую полосу, Брансвик, прием.

Кристиан снова становится собой: властным деспотом. Башня отвечает, но из-за треска я не могу разобрать слов. Закладывая широкие круги, мы медленно опускаемся. Я вижу аэродром, взлетно-посадочные полосы, мы снова перелетаем шоссе.

— Держись, детка, сейчас будет трясти.

Последний круг, сильный короткий толчок, и мы стремительно несемся по траве, клацая зубами от тряски.

"— Понравилось? — спрашивает он, а в серых глазах мелькают серебристые искорки. Кристиан наклоняется, отстегивает мои стропы.

— Еще бы, спасибо, — выдыхаю я.

— Сегодня я дал тебе больше? — с надеждой спрашивает он.

— Даже хватил через край, — шепчу я, и он улыбается.

— Иди сюда.

Кристиан подает мне руку, и я вылезаю из кабины.

Не успеваю я спрыгнуть на землю, как он заключает меня в объятия. Одна рука тянет мои волосы назад, запрокидывая голову, другая опускается по спине. Кристиан целует меня, долго и страстно, его язык проникает в мой рот, дыхание становится хриплым… Боже правый, у него эрекция… мы же стоим посреди поля! Впрочем, мне все равно. Мои руки зарываются в его волосы, притягивая Кристиана ближе. Я хочу его, здесь, сейчас, на земле.