Онлайн-библиотека книг
Страх Кристиана так очевиден! Очевидно и то, что он блуждает в собственных потемках. В расширенных серых глазах застыла мука. Но я могу утешить его. Последовать за ним в его тьму и вывести к свету.
— Покажи мне.
— Показать?
— Покажи мне, что значит «больно».
— Что?
— Накажи меня. Я хочу знать, каково это.
Кристиан отступает назад, совершенно сбитый с толку.
— Ты хочешь попробовать?
— Хочу.
Втайне я надеюсь, что, если я уступлю ему, он позволит мне дотронуться до себя.
Кристиан удивленно моргает.
— Ана, ты запутала меня.
— Я и сама запуталась. Я хочу попробовать. Зато мы узнаем, сколько я способна вытерпеть. И если я выдержу, возможно, ты… — Я запинаюсь.
Глаза Кристиана снова расширяются. Он прекрасно понимает, что я имею в виду. После секундной растерянности он берет себя в руки и смотрит на меня с любопытством, словно прикидывает варианты."
"Неожиданно он хватает меня за руку и ведет по лестнице в игровую комнату. Удовольствие и боль, награда и наказание — его слова эхом отдаются в голове.
— Я покажу тебе, каково это, и ты во всем разберешься сама.
Я киваю, полная решимости. У меня слегка кружится голова, словно вся кровь отхлынула от лица.
Не отпуская моей руки, Кристиан открывает дверь, снимает с крючка у входа ремень и ведет меня к скамье, обитой красной кожей, в дальнем углу комнаты.
— Перегнись над скамейкой.
Ладно, это несложно. Я склоняюсь над гладкой мягкой кожей. Странно, что он не стал раздевать меня. О черт, наверное, и впрямь будет больно.
— Мы здесь, потому что ты сама этого захотела, Анастейша. И ты убегала от меня. Я намерен ударить тебя шесть раз, и ты будешь считать вместе со мной.
К чему все эти церемонии? Зная, что Кристиан меня не видит, я округляю глаза.
Он поднимает край халата. Оказывается, это гораздо эротичнее, чем если бы он сдернул его целиком. Теплая рука Кристиана нежно гладит мои ягодицы.
— Я выпорю тебя, чтобы ты не вздумала убежать, и, как бы трудно тебе ни дался этот опыт, я не хочу, чтобы ты от меня убегала.
Какая ирония. Если я и захочу убежать, то от наказания. Когда Кристиан раскроет объятия, я побегу к нему, а не от него.
— И ты закатывала глаза. Ты знаешь, как я к этому отношусь.
Внезапно его голос обретает силу, страх и тревога уходят; возвращается былой Кристиан. Я чувствую это по тону, по тому, как он кладет руку мне на спину, — и атмосфера в комнате сразу меняется.
