Пятьдесят оттенков серого

— Ну… Я никогда не занималась сексом, поэтому я не знаю. — Мой голос звучит тихо-тихо.

Кристиан в ужасе смотрит на меня, раскрыв рот.

— Никогда? — шепчет он.

Я качаю головой.

— Ты… девственница? — с трудом произносит он.

Я киваю и снова краснею. Кристиан закрывает глаза и, как мне кажется, считает до десяти. Когда он снова их открывает, его взгляд мечет громы и молнии.

— Какого черта ты не сказала мне раньше?!

Глава 8

Кристиан запускает в волосы обе руки и меряет шагами кабинет — он взбешен, а не просто рассержен.

Его обычное стальное самообладание, похоже, дало трещину.

— Я не понимаю, почему ты мне не сказала, — выговаривает он мне.

— Да как-то речи об этом не заходило. А у меня нет привычки рассказывать всем и каждому подробности своей личной жизни. Мы ведь почти незнакомы. — Я разглядываю свои руки. Почему я чувствую себя виноватой? Почему он так взбесился? Я кидаю на него осторожный взгляд.

— Ну, теперь тебе известно обо мне гораздо больше, — огрызается он, и его губы сжимаются в тонкую линию.

 — Я знал, что ты неопытна, но девственница!.. — Он произносит это как ругательство. — Черт, Ана, и я тебе все показывал… — Он испускает стон. — Господи, прости меня. А ты когда-нибудь целовалась, если не считать того раза со мной?

— Конечно, целовалась. — Я стараюсь казаться оскорбленной. Ну… пару раз.

— И милый молодой человек не вскружил тебе голову? Не понимаю! Тебе двадцать один год. Почти двадцать два. Ты красавица. — Он опять ерошит волосы.

«Красавица». Я вспыхиваю от удовольствия. Кристиан Грей считает меня красивой. Снова утыкаюсь взглядом в сплетенные пальцы рук, чтобы скрыть глупую ухмылку. Наверное, у него близорукость, — поднимает сомнамбулическую голову мое подсознание. Где оно было, когда я так в нем нуждалась?

— И ты на полном серьезе обсуждаешь, что я собираюсь делать, когда у тебя совершенно нет опыта? — Он хмурится. — Ты не хотела секса? Объясни мне, пожалуйста.

Я пожимаю плечами.

— Ну, не знаю, как-то ни с кем до этого не доходило.

 — Только с тобой. А ты оказался чудовищем. — Почему ты сердишься на меня? — почти шепотом спрашиваю я.

— Я сержусь не на тебя, я сержусь на себя. Я-то думал… — Кристиан вздыхает. Он проницательно смотрит на меня, затем качает головой. — Ты хочешь уйти?

— Нет, если ты не хочешь, чтобы я ушла, — отвечаю я. О нет… Я не хочу уходить…

— Конечно, нет. Мне приятно, что ты со мной. — Он хмурится и смотрит на часы.