Давненько я ее не вспоминала, наверное, со дня рождения Кристиана. Насколько мне известно, деловых отношений они больше не поддерживают. Та еще училка, с неохотой признаю я.
Он снова роняет меня, но подхватывает и целует в губы.
— Мне будет недоставать твоей любви, — повторяю я вслед за сладкоголосым певцом.
— А мне еще больше, — говорит он и снова кружит меня по комнате, а у меня от его слов кружится голова.
Песня кончается, и Кристиан смотрит на меня сверху. Глаза его уже не смеются — они темны и полны желания.
Я не могу дышать."
"— Пойдем в постель? — шепчет он с такой надеждой и мольбой, что у меня разрывается сердце.
«Ты ведь уже получил мое согласие на все две с половиной недели назад», — хочется сказать мне. Но я знаю: это он так извиняется и хочет еще раз убедиться, что после недавней ссоры у нас все в порядке.
Я просыпаюсь. В иллюминаторы светит солнце, по потолку прыгают, отскакивая от воды, солнечные зайчики. Кристиана не видно. Я с улыбкой потягиваюсь.
Я готова терпеть секс-наказание хоть каждый день, если за ним следует секс-макияж. Решить, что из этого мне нравится больше, не так-то просто.
Поднимаюсь и иду в ванную. Открываю дверь — Кристиан стоит перед зеркалом, голый, если не считать полотенца на поясе, и бреется. Он поворачивается и улыбается, ничуть не смущенный моим вмешательством. Я уже знаю, что Кристиан, когда остается один, никогда не запирает двери. Наверняка у этого существует объяснение, но копаться в еще одной тайне у меня нет ни малейшего желания.
— Доброе утро, миссис Грей, — говорит он, излучая благодушие.
— И вам доброе утро.
Мне нравится наблюдать за ним в такие моменты, смотреть, как он поднимает и выдвигает вперед подбородок, как выбривает его расчетливыми, длинными движениями. Я ловлю себя на том, что бессознательно подражаю ему: оттягиваю вниз верхнюю губу, провожу пальцем под носом. Он поворачивается — одна половина лица еще покрыта мыльной пеной — и подмигивает.
— Нравится?
Ох, Кристиан, я могла бы любоваться тобой часами!
— Одно из моих любимых занятий, — признаюсь я, и он, наклоняясь, быстро целует меня, оставляя на щеке пятнышко пены.
— Еще разок, а? — грозно шепчет Кристиан, поднимая бритву.
Я поджимаю губы, нарочно хмурюсь.
— В следующий раз воспользуюсь воском.
Вспоминаю, как он обрадовался в Лондоне, когда узнал, что я из любопытства сбрила волосы на лобке.
