Пятьдесят оттенков темного

"

"Без лишних слов Льюис взял ее за руку и увлек на третий этаж, где ей пока не доводилось бывать. Там он затащил ее в спальню и немедленно запер за собой дверь, чтобы им никто не помешал.

Увидев огромную кровать и разбросанные по комнате вещи, Харриет заколебалась. Ей впервые встречался такой опытный в сексе мужчина. Сможет ли она удовлетворить его?

— Что случилось? В чем дело? — спросил он, перехватив ее взгляд, устремленный на гору подушек и помятую постель. — Чего вы испугались?

— Я боюсь вас разочаровать, — чуть слышно ответила она.

— Это невозможно! — горячо заверил ее он. — Доверься мне во всем, Харриет, и нам будет хорошо всегда. Ты ведь мне веришь, правда? — Льюис пытливо заглянул ей в глаза.

Она кивнула.

Наблюдавший эту сцену в потаенный глазок Крис сдавленно рассмеялся и обернулся к Ровене:

— Она верит Льюису! Не хочешь взглянуть?

— Позже, когда станет интереснее. Меня мало волнует его болтовня, — ответила Ровена.

— Поразительно! Он собирается ее раздевать! — воскликнул Крис.

Ничего не подозревающая Харриет позволила Льюису стянуть с нее юбку и, когда та упала на пол, мысленно порадовалась, что не надела снова колготки: в узких трусиках с высоким вырезом на бедрах ее ноги наверняка смотрелись великолепно.

Льюис медленно расстегнул застежки блузы, снял ее, но не стал снимать бюстгальтер, ограничившись тем, что сдвинул на плечо одну лямку.

— Мне так больше нравится, — пояснил он.

Поглаживая ей бедра, ноги, плечи и спину, он осторожно уложил ее на кровать, сел возле ее ног и дотронулся ладонью до бедра.

Харриет молча ждала, что будет дальше, догадываясь, что ему не нужно от нее ничего, кроме покорности. Он подошел к тумбочке, налил из пузырька какой-то жидкости на ладонь и, вернувшись к ней, стал втирать этот «лосьон» с запахом жасмина в ее живот и промежность. Харриет закрыла глаза.

— Нет, — твердо сказал Льюис. — Смотри на меня, я хочу видеть твои глаза. Мне важно знать, что тебе нравится, а что нет.

Ей вдруг стало, как это ни странно, стыдно.

Она всегда закрывала глаза, когда занималась «этим» с Джеймсом, так ей было спокойнее. С открытыми глазами невозможно представить, что никакого мужчины нет, как она делала раньше. Льюис вынуждал ее стать активной участницей соития и не уставал ею восхищаться.

Покрыв все ее тело «лосьоном», отчего Харриет пришла в необыкновенное возбуждение и непроизвольно задвигала тазом, Льюис окропил маслом ее половые губы и занялся бюстом.