Пятьдесят оттенков темного

Ей представилось, какие ощущения возникнут у нее, если Льюис дотронется до ее более интимных мест. Он продолжал поглаживать ей пальчики указательным пальцем, и внезапно Харриет почувствовала, что ее бедра затряслись, а вся нижняя часть тела напряглась, как это случалось с ней перед оргазмом. Она запаниковала и попыталась высвободить ногу.

— Не шевелитесь, — прошептал он, — расслабьтесь и наслаждайтесь, в этом и заключается вся прелесть массажа.

— Мне уже хорошо, я…

Но было поздно, ее пронзила сладостная дрожь, и ноги непроизвольно задергались.

Она обмерла, но Льюис не подал виду, что заметил, что с ней случилось. Он в последний раз погладил ступню и снял ее со своего бедра.

— Полегчало? — заботливо осведомился он.

Красная, с вытаращенными глазами, Харриет кивнула и сдавленно пробормотала:

— Да, спасибо.

— В таком случае наденьте колготки, если, разумеется, вы не предпочтете обойтись без них. Такие ноги грешно прятать! Мне нравятся длинные загорелые голые ноги! Это так сексуально!

Все еще не придя в себя, Харриет пролепетала, что она быстро загорает, и, пошатываясь, подошла к столу и села.

Льюис сел напротив и, отломив кусочек от длинного французского батона, пододвинул к девушке тарелку с ветчиной и сыром.

Харриет начала есть, со стыдом отмечая, что у нее дрожат руки. Льюис молча налил ей в бокал вина, и она выпила, хотя обычно не пила в обед, чтобы не клевать носом всю оставшуюся часть рабочего дня.

— Вам нравится у нас работать?

— Да, чрезвычайно! Во всяком случае, здесь не скучно.

— Да, это так. Но у вас еще не было выходных. Вы не соскучились по приятелям?

— Я договорилась со своей подругой, что мы встретимся при первой же возможности. Если мне предоставится случай, я возьму выходные в этот уик-энд. Хочу проведать свою квартирку. Ровена сказала, что вы тоже собираетесь развлечься, не так ли?

— У вас сейчас нет друга-мужчины? Любопытно, каким был ваш последний любовник? — вкрадчиво спросил Льюис.

Харриет поперхнулась вином и раскашлялась. Отдышавшись, она сообразила, что он хочет ее шокировать.

Но этого она ему не позволит! Не настолько уж она глупа и наивна, чтобы поддаться его обаянию и чувственности.

— Он был уравновешенный, — наконец ответила она.

— Уравновешенный! Какая меткая характеристика! Я сразу же его живо себе представил. А тот, что был до него?

— Неуравновешенный. А до этого у меня был только один любовник, еще более взбалмошный, поэтому наш разговор вряд ли получит интересное продолжение.