Пятьдесят оттенков темного

Ровена, словно бы нехотя, приблизилась к брату, он надел на нее поясок и защелкнул застежку. Ровена облизнула пересохшие от возбуждения губы. Сидящий с темноте рядом с Харриет Льюис шумно втянул ноздрями воздух, заметив на лице жены откровенную похоть.

— Теперь займемся повязкой, — пробормотал Крис.

Он достал из комода длинный кусок шелка, вставил один его конец в специальные отверстия в поясе на спине у Ровены, протянул лоскут у нее между ног и прикрепил второй конец на животе. Повязка свободно висела у нее на бедрах, но стоило Крису нажать на боковой зажим, как она подтянулась и коснулась ее наружных половых губ.

Крис слегка отпустил пружинку и задумчиво произнес:

— Пожалуй, не стоит затягивать чересчур сильно, верно?

Ровена содрогнулась, он наклонился и лизнул ее знаменитые на весь мир груди.

— Пожалуй, их тоже нужно перетянуть, — сказал он.

— Нет, умоляю, не делай этого! Для меня это будет чересчур! — жалобно захныкала Ровена, включаясь в предложенную им игру.

Они стали играть в нее еще в юности, когда осознали, что в их телах пробуждаются темные желания, и эта игра вышла из-под их контроля.

Временами Ровене, однако, казалось, что это не игра, а испытание силы воли, некое состязание.

Крис облизывал и сосал ее соски, и когда они встали торчком, твердые и набухшие, он обвязал груди шарфом так, чтобы шелк их сдавливал.

— Прекрасно! — воскликнул он. — Теперь начнем.

Он медленно отвел Ровену назад, пока она не уперлась в кресло, на которое бросила свою одежду, отшвырнул вещи на пол и, усадив Ровену в кресло, откинул спинку.

Спина Ровены изогнулась, грудь обозначилась еще отчетливее. Крис потянул ее за ноги и опустил еще ниже, так, чтобы ягодицы оказались на краю сиденья.

Внимательно наблюдавшая эту сцену Харриет поежилась от напряжения, возникшего у нее в груди и внизу живота. На это нельзя было смотреть, она вторгалась в интимную жизнь Ровены. Но уходить ей не хотелось.

— Тебе удобно? — спросил у сестры Крис.

Она кивнула, дрожа от предвкушения его следующего шага.

Так было всегда, когда они оставались наедине. Ее тело вело себя совершенно не так, как в моменты близости с другими мужчинами. Даже Льюис, при всей его опытности, не мог добиться такого эффекта.

— По-моему, пора доставить тебе некоторое неудобство, — промурлыкал Крис и достал из кармана маленький округлый вибратор.

Ровена затрясла головой и крепче прижалась ягодицами к креслу. Но Крис умело приподнял ее и легко вставил вибратор ей в задний проход.