Пятьдесят оттенков темного

Напрасно она проклинала его и призывала вернуться и довести начатое до конца: Криса уже и след простыл.

— Он вернется? — шепотом спросила Харриет, глядя на тщетные попытки звезды экрана освободить руки.

Сидящий рядом с ней в темноте гримерной Льюис вздохнул:

— В этом нет нужды. Ровена очень изобретательна, она сама решит свои проблемы: вряд ли она допустит, чтобы служанка утром обнаружила ее в таком виде.

Столь хладнокровное восприятие увиденного поразило Харриет. Даже в рамках свободного брака считалось неприличным допускать интимную связь жены с ее единокровным братом.

Вероятно, Льюис умел скрывать эмоции, подумала Харриет, и не желал окончательно потерять лицо, дав чувствам волю в щекотливой ситуации.

Но она заблуждалась. Все обстояло иначе. Льюису, как и большинству мужчин, нравилась сексуальная красавица Ровена, он был без ума от ее тела, но не воспринимал ее как личность. Это был брак по расчету, от которого выигрывали оба — и он с его аналитическим умом и режиссерским даром, и она с ее удивительной сексуальностью и красотой.

В Голливуде известие об их бракосочетании стало не меньшей сенсацией, чем женитьба Артура Миллера на Мэрилин Монро.

Харриет снова взглянула в окно, закамуфлированное под зеркало, и увидела, что Ровену в первую очередь заботит не то, как ей освободить руки, а как избавиться от тисков похоти. Актриса встала напротив одной из стоек кровати, прижалась низом живота к округлой деревянной шишочке и стала тереться о нее, закинув голову с золотистыми волосами, струящимися по спине.

Ни Харриет, ни Льюис не могли слышать, какие звуки издавала при этом кинозвезда, но по ее напряженному телу и долгой судороге, сотрясшей его в кульминационный момент, не трудно было догадаться, что Ровена дала волю эмоциям, рвавшимся наружу. После оргазма ее мускулы расслабились, дыхание стало ровным и глаза слегка прикрылись.

Она еще немного постояла возле стойки с набалдашником, затем резко выпрямилась и огляделась по сторонам.

Видимо, пришел черед шелкового шнурка, которым Крис связал ей за спиной запястья. Взгляд актрисы остановился на остром углу бара. Нескольких минут было достаточно, чтобы перетереть шнур о его ребро. Ровена потерла пальцами красные отметины на запястьях и почувствовала по легкой боли в них, что кровообращение восстановилось. Она не сердилась на Криса, хотя он и заставил ее помучиться.