Пятьдесят оттенков темного

— Но зачем это нужно? Ведь ей отводилась роль девушки, возбуждающей ревность в его жене и подталкивающей ее к тому, чтобы порвать с братом и жить только с мужем. Любопытно, кто сыграет роль секретарши? Одной лишь сексуальной внешности в данном случае мало, требуется умение изобразить глубокие чувства!

— Героя привлекает не красота этой девушки, ее-то у главной героини предостаточно, — задумчиво произнес Льюис. — Пожалуй, он заинтригован ее непредсказуемостью и умом.

— Значит, она все время ходит с задумчивым лицом? Кажется угрюмой?

Льюис раздраженно передернул плечами:

— Нет, разумеется! Угрюмые и озабоченные женщины малопривлекательны как в жизни, так и на экране.

Вернее будет сказать, что поначалу она кажется герою немного замкнутой. Но по мере того как их роман развивается, он открывает все новые и новые черты ее характера и постепенно ею увлекается.

Марк тяжело вздохнул и стал делать записи в блокноте.

— Что за вздохи? — нахмурился Льюис.

— Не могу взять в толк, в чем основная идея фильма, — признался его собеседник.

 — Все очень неопределенно, расплывчато. Ты не мог бы выразиться покороче?

— Ни один из моих фильмов нельзя назвать примитивным и легко понимаемым, однако это не помешало их успеху у публики.

— Я и не утверждаю, что этот фильм не будет удачным! Но то, что ты пока делаешь, не укладывается в рамки общепринятых правил! — не унимался Марк.

— Таков уж мой творческий принцип — всегда быть оригинальным! — самодовольно усмехнулся Льюис.

В этот момент в кабинет просунула голову Ровена:

— Боже мой, вы еще работаете? Какими судьбами ты здесь оказался в столь поздний час, Марк?

— Это я его вызвал, — сказал Льюис.

 — Как тебе понравилось «Риголетто»?

— Прекрасная постановка! Актеры играли на этот раз великолепно.

— Поверю тебе на слово, — усмехнулся Льюис.

— Ты скоро освободишься? — спросила Ровена, выразительно глядя на мужа.

— Пока не знаю, — уклончиво ответил он и тепло улыбнулся ей, прежде чем возобновить разговор с Марком.

— Постарайся поскорее, — сказала Ровена и тихо затворила за собой дверь.

Марк, в глазах которого она оставалась секс-бомбой, спросил:

— Может быть, на сегодня довольно?

— Прочти, что ты записал. Я хочу убедиться, что ты верно меня понял.

Пока сценарист читал ему свои заметки, Льюис представлял, что происходит в спальне Ровены.

Обнадеженная теплым взглядом мужа, она решила в эту ночь остаться с ним, а не идти к Крису, с которым они прекрасно поужинали после оперы.