— Спасибо, — выдох облегчений сорвался с моих губ и, не сдержавшись, я прижался поцелуем к ее щеке. — Теперь все будет иначе. Между нами.
Я собирался влюбиться в Алису по уши. Это я знал наверняка. И ей от этого не удастся сбежать.
Алексей
Я ожидал намного худшего развития событий, но Светлый лишь сверлил меня недовольным взглядом с тех пор, как мы приехали в спортивный бар. Вообще-то, один раз он все же перестал это делать, когда диктовал официантке свой заказ. А затем его хмурое лицо снова вернулась к прожиганию дыры во мне.
Не то, чтобы я из-за этого переживал, просто это было не свойственное ему поведение. Марк был импульсивным и я бы скорее ожидал того, что он мне вмажет, чем будет просто молчать.
— Хватит на меня так пялиться, — не выдержал я. — Если ты думаешь, что меня это должно напугать, то, спешу тебе сообщить — не работает.
— Ты целовался с моей сестрой, — в который раз произнес эту фразу Марк, словно не мог поверить в то, что это правда. — Мне бы следовало втащить тебе за это.
— Но ты этого не сделаешь.
— Я бы не был в этом так уверен на твоем месте.
— Если бы ты хотел это сделать, то мы бы здесь не сидели.
Светлый покачал головой и фыркнул.
— Я не сделал этого только потому, что ты мой друг.
— Я знаю. И ценю это.
Эта была правда. Я ценил его, как одного из самых важных людей в моей жизни. Мы снова погрузились в молчание. Марку нужно было время, чтобы это «переварить» и я не мешал ему. Спустя несколько минут официантка принесла наши заказы и только после Марк со мной заговорил.
— Я чувствую себя хреново. Как будто шайбу уже разыграли, а я еще даже не на льду. И это отстойное чувство, чувак.
— Да, это хреново, — я не знал, что ему сказать. — Мы с Алисой… это сложно. Мы ничего от тебя не скрывали. Просто ты оказался не в том месте не в том времени.
— Господи, я застукал первый поцелуй своей сестры, — Марк брезгливо поморщился. — Я сейчас блевану.
— Не драматизируй. И это не первый ее поцелуй.
Если ты забыл, она, как минимум, встречалась с моим братцем.
Воспоминая своего брата рядом с Алисой, я поморщился. То, что он сегодня сделал — проследил за ней. Это было последнее поползновение в его сторону. Если бы у нас были разные родители, я бы давно выбил из него все дерьмо. Но, я все еще пекусь о здоровье отца и мне не хотелось бы подвергать риску его сердце. Ну, думаю, для мамы я в принципе перестал бы существовать. И это не было бы новостью.
