Пламя и кровь. Пляска смерти

Но дело королевы живет, хотя ее самой больше нет, а от Эйегона остался лишь прах и пепел».

Пареньки присмирели и согласились примкнуть к лорду Старку в походе на Штормовой Предел. Согласились, по словам Манкена, добровольно, убежденные, что северный лорд имеет на это право. «Опьяненные победой, они еще не насытились ею, – пишет великий мейстер. – Они жаждали новой славы и думали, как все молодые воины, что ее можно обрести лишь в бою». Гриб же с присущей ему бесстыдной откровенностью полагает, что Пареньки попросту боялись Кригана Старка.

Как бы там ни было, волчий лорд своего добился.

«Северянин завладел городом, не вынимая меча из ножен, не выпустив ни единой стрелы, – пишет септон Евстахий. – Люди короля, люди королевы, лорды штормовые, речные и морские, помойные рыцари, простые солдаты – все повиновались Старку так, будто отродясь служили ему».

Шесть дней Королевская Гавань балансировала на острие меча. В харчевнях и винных погребках бились об заклад, надолго ли сохранят свои головы Колченогий, Морской Змей, Блоха и вдовая королева.

По городу кружили самые разнообразные слухи. Одни говорили, будто Старк хочет женить принца Эйегона на одной из своих собственных дочек (явная ложь, ибо законных дочерей у лорда Кригана тогда еще не было). Другие уверяли, что северянин предаст принца смерти, а сам женится на принцессе Джейегере и взойдет на Железный Трон. Он сожжет все городские септы и вернет Королевскую Гавань в старую веру, возглашали септоны. У него жена одичалая, шептали самые боязливые, и своих врагов он бросит в яму с волками.

Бурной радости как не бывало: городом вновь правил страх. Человек, именующий себя возродившимся Пастырем, призывал к расправе над безбожными северянами. На первого Пастыря он нисколько не походил (обе руки, для начала, оставались при нем), но послушать его стекались сотни людей. На Шелковой улице человек лорда Талли повздорил с воином лорда Старка из-за какой-то шлюхи; каждого поддержали свои, и завязалось побоище, в итоге коего сгорел весь бордель.

Даже знать не чувствовала себя в безопасности. Сын лорда Хорнвуда, знаменосца Старка, пропал вместе с двумя друзьями где-то на Блошином Конце. Их так и не нашли; если верить Грибу, они попали в котел с похлебкой.

Вскоре распростанился слух, что Леовин Корбрей выступил из Девичьего Пруда на Королевскую Гавань; с ним идут лорд Моутон, лорд Брюн и сир Реннифер Крэб, а сир Корвин Корбрей покинул Синий Дол и примкнул к брату.