Пламя и цветок

Мэри сделала попытку подняться вслед за хозяйкой, но Хетти остановила ее.

— Оставь их вдвоем, детка, — мудро посоветовала она. — Сегодня миссис не понадобится твоя помощь.

Брэндон распахнул дверь спальни и внес туда жену. Осторожно посадив ее на край постели, он опустился на колено, чтобы снять туфли и чулки, остановившись на мгновение на подвязках. С трудом глотнув, он прикоснулся к теплой коже ее бедер неловкими пальцами и снял подвязки. Брэндон еще стоял в нерешительности с чулками Хэзер в руках, когда она медленно сползла с постели и встала, повернувшись к нему спиной.

— Ты не поможешь мне расстегнуть платье? — спросила она. — Мэри, видно, где-то задержалась.

Брэндон исполнил ее просьбу и поднял упавшее с ее плеч платье.

— Боюсь, самое мягкое место пострадало сильнее всего, — чуть не плача проговорила Хэзер, потирая ноющие ягодицы. — Мне следовало быть умнее и не слишком увлекаться. Жаль, что я не подумала об этом раньше.

Брэндон промолчал, занявшись поисками ночной рубашки Хэзер. Выбрав одну из них, он повернулся и тут же застыл, увидев Хэзер, озаренную отблеском свечей.

Он медленно обвел ее ласкающим взглядом. Роды не испортили ее фигуру, напротив, красота Хэзер расцвела еще ярче, и Брэндон ощутил непреодолимое желание. У него пересохло во рту, руки задрожали, и он всем существом устремился к жене. С трудом сглотнув, он подал ей ночную рубашку и беспомощно стоял рядом, наблюдая, как Хэзер надевает ее. Когда она повернулась, Брэндон заметил синяки на прежде белоснежных ягодицах. Слегка вздохнув, он приготовился ждать еще несколько ночей.

Услышав его вздох, Хэзер завязала пояс рубашки и повернулась к мужу, обняв его за шею.

— Прошу прощения, Брэндон, — пробормотала она. — Похоже, среди моих добродетелей не значится рассудок.

Она притянула его к себе и поцеловала в губы, а затем отвернулась и застонала, забираясь на огромную постель.

Брэндон стоял, стиснув зубы и повторяя себе, что неэтично принуждать женщину в таком состоянии, особенно жену. Наконец рассудок победил в споре, к разочарованию самого Брэндона.

Он задул свечи, вышел в гостиную, снял сюртук и жилет и уставился на короткую кровать, проклиная ее изо всех сил. Он был вне себя от мысли, что ему придется провести здесь еще несколько ночей. Схватив полотенце, он вышел из комнаты и спустился вниз. Джефф как раз выходил из кабинета.

— Что за чертовщину ты затеял?! — воскликнул он, глядя на полотенце на плече брата.

— Иду купаться к ручью, — коротко отозвался Брэндон.