Пламя и кровь

Любимый цвет его был пурпурный, что намекает на возможные связи с Браавосом; во всех словесных портретах он предстает с длинными пурпурными локонами, в коих сквозят оранжевые пряди. Он любил сладкие ароматы и принимал ванны с лавандой и розовой водой.

Ясно одно: он имел непомерные амбиции и огромные аппетиты. На досуге предавался обжорству и пьянству, в бою сражался как демон, порой двумя мечами одновременно. Чтил всевозможных богов и перед битвой бросал кости, чтобы узнать, которому принести жертву на этот раз.

Родившись в рабовладельческом городе, он ненавидел рабство; отсюда следует, что он мог сам быть невольником. Во времена богатства (он нажил и прожил несколько состояний) Раккалио покупал приглянувшихся ему молодых рабынь, целовал их и отпускал на свободу. Был щедр со своими людьми и брал себе равную с ними долю добычи. В Тироше раздавал нищим золото. Если хвалили то, что принадлежало ему, будь то пара сапог, кольцо с изумрудом или жена, он тут же дарил это похвалившему."

"Жен он имел с дюжину и никогда их пальцем не трогал, но иногда просил, чтобы они побили его.

Любил котят и не выносил взрослых кошек, любил беременных женщин, а малых детей не терпел. Время от времени рядился в женское платье и притворялся шлюхой, но его рост, кособокость и пурпурная борода делали зрелище довольно нелепым. Посреди боя мог разразиться смехом или спеть похабную песню.

Короче говоря, Раккалио был безумцем, но люди его любили. Они сражались за него, не щадя своей жизни, и на краткий срок сделали его королем.

В 133 году «королева» Риндон достиг вершин власти. Алин Веларион мог, возможно, его одолеть, но боялся, что это будет стоить ему половины людей, до зарезу нужных для победы над Красным Кракеном. По этой причине он выбрал переговоры и пошел к Риндону на «Леди Бейеле» под мирным флагом.

Раккалио две недели протомил его в своей деревянной крепости на Кровь-Камне. Алин сам не знал, гость он там или пленник, ибо хозяин был переменчив, как само море: то звал его братом, товарищем по оружию и предлагал совместно напасть на Тирош, то бросал кости, загадывая, не предать ли вестеросского адмирала смерти.

Он заставил Алина побороться с ним в грязевой яме на глазах у сотен вопящих пиратов. Обезглавил одного из своих, заподозрив в нем тирошийского шпиона, и поднес его голову в дар лорду Алину, а вслед за этим обвинил в шпионстве на архона самого лорда. Чтобы доказать свою невиновность, Алину пришлось убить трех тирошийских пленных.