Платье цвета полуночи

 — Извини, это опять-таки путешествия во времени. Наверное, я хотела сказать тебе, что всё более-менее срабатывает как надо. Всё встаёт на свои места. И ты сделала первый шаг.

— Значит, будет и второй? — удивилась Тиффани.

— Нет, будет следующий первый шаг. Каждый шаг — это первый шаг, если сделать его в правильном направлении.

— Погоди-ка, — спохватилась Тиффани. — Я ведь однажды стану тобой? Значит, однажды я буду говорить с собой снова?

— Да, но та ты, с кем ты будешь разговаривать, будет не вполне тобой. Мне страшно жаль, но я вынуждена рассуждать о путешествиях во времени на языке, который толком ничего не объясняет.

Если вкратце, Тиффани, то согласно теории эластичных струн на протяжении всего остального времени Тиффани-старшая будет где-то разговаривать с Тиффани-младшей, а самое удивительное то, что в каждом случае они будут немного другими. И когда ты встретишь себя-младшую, ты скажешь ей то, что, на твой взгляд, ей следует знать.

— Но у меня есть вопрос, — заявила Тиффани. — И я очень хочу получить на него ответ.

— Тогда поторопись, — велела Тиффани-старшая. — Теория эластичных струн, или чем бы уж там Эскарина ни пользовалась, ограничивает нас во времени.

— Так вот, — начала Тиффани, — скажи мне хотя бы, будет ли у меня когда-нибудь?..

Тиффани-старшая померкла и, улыбаясь, растаяла в воздухе, но Тиффани расслышала одно-единственное слово. Что-то вроде:

— Вслушайся.

И Тиффани снова оказалась в зале, словно и не покидала его ни на миг; люди ликовали и радовались, и повсюду, куда ни глянь, кишели Фигли.

А рядом с нею стоял Престон. Словно бы внезапно растаял лёд. Но вот девушка восстановила равновесие и перестала задаваться вопросом, что произошло — что такое произошло на самом деле? — и оглянулась на прочих ведьм. Те совещались между собой, словно выносящие вердикт судьи.

Но вот переговоры закончились, и ведьмы во главе с матушкой Ветровоск целенаправленно двинулись к ней. А подойдя поближе, поклонились и приподняли шляпы, что в ведьминском ремесле служит данью уважения.

Матушка Ветровоск строго глянула на неё.

— Вижу, Тиффани, ты руку обожгла.

Тиффани опустила взгляд.

— Я не заметила. А можно, я теперь спрошу вас, матушка? Вы бы все и вправду меня убили, да?

Прочие ведьмы изменились в лице.

Матушка Ветровоск оглянулась по сторонам и с минуту помолчала.

— Скажем так, молодая женщина, мы бы сделали всё возможное, чтобы этого избежать. Но в общем и целом, Тиффани, мы считаем, что сегодня ты поступила по-женски.