И сейчас он их не преступил, тогда что с ним? Почему так мерзко внутри, почему он до сих пор физически ощущает боль от ударов этого хлипкого тела, когда парня били его кореша, как будто они били его, а не этого Алёшу. Почему ему так стыдно за всё произошедшее? Почему же так мерзко…
– Назар, пошли, – Ефим стоял у открытой двери и ждал, когда он выйдет из машины.
Он вылез с заднего сиденья и столкнулся с глазами Ефима, который пристально смотрел на него. Назар замер, потом отвёл глаза и быстро пошёл внутрь конюшни.
Он знал, что сегодня ему нужно напиться до беспамятства,, Только так он сможет уйти от того, что так и не смог себе объяснить.
***
Лёша шёл быстрым шагом к платформе. Кровь из носа уже перестала идти. Тело болело в местах побоев, но это было неважно. Вся эта физическая боль была ничем по сравнению с той болью внутри него, которая наполняла его душу и заставляла сердце сжиматься, а глаза наполнять слезами. Он же видел Назара, всё это время он видел, как тот просто стоит и смотрит и ничего не говорит.
Алёша знал, что Назару все подчиняются и было достаточно лишь его слова и всё бы прекратилось, но Назар молчал и смотрел. И вот от этого понимания и было больно, так больно, что в электричке он стоял в тамбуре и отвернувшись к окну тихо всхлипывал и давился слезами, которые уже не мог сдержать. Он не знал, что с ним, он не знал, почему он это чувствует внутри и не знал, что он хотел от Назара. Но только он знал, что всё это неправильно и Назар, он должен был вмешаться. Но почему? Лёша опять до боли сжал зубы, чтобы никто не услышал его судорожные всхлипы.
Впервые в жизни с ним происходило то, что он не понимал, и он не знал, как ему жить дальше…
Одно он точно решил для себя, что назло всем не пойдёт стричься. Ни за что, никогда!
***
Ефим уже третий час сидел в джипе широком, как он любовно называл свою машину, и ждал появление Наташки. То, что той нет дома – он убедился, долго звоня ей в квартиру, а потом услышал скип открываемой соседней двери. И это была удача, так как наши соседи самые лучшие доносчики на ближнего своего.
В дверях появилось объемное тело в халате, который с трудом обхватывал эти формы, и зло изрекло:
– Нет её дома, что растрезвонился. Уехала она со своим, с этим бизнесменом. Обычно раньше дести домой не является, а иногда и позже.
– С этим бизнесменом является? – спросил Ефим, очень стараясь сделать голос наивным и добрым.
– И с этим является, а иногда с бандитом своим, но с ним редко, чаще с бизнесменом.
