- Ты стрелять-то умеешь? – спросил Ганс.
- Два раза стрелял на полигоне, - ответил Крот.
- А ну, дай, - Ганс протянул руку и вытащил из разгрузки Крота автоматный магазин. – В таком случае тебе он не пригодится.
- И мне дай, - Максуд тоже умыкнул у бородача магазин.
- Тебе и одного хватит, - сказал Гоча, забирая у Крота третий магазин.
У каждого бойца было по четыре автоматных магазина, чего, конечно, было недостаточно для динамичного боя, но кому ты что докажешь… сколько было, столько и выдали, а на вопрос Ганса, как воевать с таким количеством магазинов, ему резонно заметили, что их отправляют «сторожить лесополку, а не штурмовать её».
Когда же задача изменилась, прапор со склада РАВ бригады был уже далеко – спросить с него было уже никак. К слову сказать, у пулемётчика носимый боезапас был представлен всего двумя лентами по сто патронов, остальное было в цинках, коробок под патроны ему тоже не выдали – никаких. На складе их не оказалось, по крайней мере, со слов складского прапора.
- Никуда не расходиться, - предупредил Ганс.
– Спите здесь. У нас есть два часа.
Уместиться вшестером лёжа в этом блиндаже было невозможно, поэтому каждый скрючился как мог. Разговор о предстоящем бое закончился, и снова его никто не поднимал, хотя Крота толкало что-то изменить, что-то доказать, лишь бы избежать участи первым двигаться к лесопосадке, буквально, вызывая огонь на себя. Окружающие люди были ему бесконечно омерзительны, и Крот многое бы отдал, чтобы избежать общения с ними, с этим, как он считал, быдлом.
Он привык к безоблачной жизни альфонса, охмурявшего одиноких милф, жаждущих мужского внимания. Своим внешним видом, и в основном, ухоженной бородой, он быстро располагал к себе любую, после чего по отработанной годами схеме садился ей на шею, и пока женщина не находила в себе силы признать ошибку в выборе партнёра, Крот успевал вдоволь насладиться обеспеченным тунеядством. Мужские коллективы он старался избегать, потому что там его быстро раскусывали и глумились над его безвольным характером.
И только случайность привела его на войну – так решили братья одной из дам, которую он водил за нос, а на прощание украл у неё драгоценности. Братья в полицию заявлять не стали, так как сами были сотрудниками какого-то силового ведомства, а просто вывезли дамского угодника в лес, где быстро склонили Крота к подписанию контракта, что он и сделал, будучи тут же привезённым в военкомат, начальником которого оказался третий брат.
