Плененное сердце

Прошло лето. Настала осень. Никто не приезжал в Вулфборн-Холл в поисках короля Генриха: очевидно, у нового короля были более важные дела. И сэр Удолф облегченно вздохнул. Пусть он верен Генриху Плантагенету, но если его начнут допрашивать, необходимо будет поклясться в преданности сторонникам Йорков. Хоть его поместье находится в Богом забытом уголке, правитель Северных Марчей[1] не гнушается иногда нанести визит и сюда.

В один пасмурный, но, как ни странно, теплый октябрьский день у Мейды начались роды.

И именно в этот день Александр Гивет решил расстаться с миром. Еще утром он неплохо себя чувствовал. Аликс усадила его у теплого очага, а сама отправилась искать траву, необходимую, чтобы приготовить настой от кашля. Перед этим был сильный мороз, который, по словам сэра Удолфа, предвещал раннюю зиму. Вбежавший в дом Хейл объявил, что его любовница рожает, и при этом злорадно ухмыльнулся Аликс. Та пожала плечами и прошла мимо.

Такая теплая погода после жестокого холода сулила недоброе.

Но сейчас земля оттаяла настолько, что она без труда выкопала нужные корни. Нашла участок дикой моркови и осторожно собрала семена в мешочек. На этот раз она не чувствовала угрызений совести. Поведение Хейла еще больше ожесточило ее сердце. Она и теперь готова была подписаться под каждым сказанным ему словом. Похоронив отца, она немедленно покинет этот дом. Нельзя и дальше жить в браке без любви. Но куда ей идти?

На обратном пути Алйкс прошла через деревню.

Миновала дом, где жили Мейда и ее мать. Оттуда доносились стоны и крики. В дверях стояла младшая сестра Мейды. Аликс, не в силах совладать с собой, грозно нахмурилась, и девочка мгновенно скрылась внутри. Аликс рассмеялась, почувствовав себя немного лучше после этого небольшого выпада против мужа и его любовницы.

Войдя в дом, она немедленно направилась в свою маленькую аптеку и положила на стол мешочек е семенами. Она все рассортирует позже.

Поспешив в зал, она увидела, что отец спит.

"

"— Папа, я вернулась, — окликнула его Аликс, наклоняясь, чтобы поцеловать отца в лоб. Лоб оказался ледяным, а Александр не шевелился. — Папа! Папа! — вскрикнула она, прижав руку к разом заколотившемуся сердцу. — Нет! Нет!

О Боже! Папа, не покидай меня!

Но ответа она не получила и разрыдалась в голос.

Слуги, оказавшиеся в зале, сразу поняли, что произошло. Один побежал за сэром Удолфом, который немедленно пришел к невестке.