Вела та лестница на крышу странной формы с затейливыми изгибами, навесами, нишами, скульптурными рельефами. Стало яснее ясного, что это путь к свободе.
Чтобы по-идиотски не таращиться на двор, Дэймен переключил внимание на комнату. Судя по опилкам на полу, здесь проводились какие-то тренировки. Декор и тут казался чрезмерным; выглядел он чуть старее и грубее, но выполнен был в том же стиле, что и весь гарем. Наверное, всё в Вире казалось частью гарема.
Крест, о котором говорил Лоран, стоял в дальнем углу комнаты.
Центральную балку сделали из цельного ствола огромного дерева. Поперечина была тоньше, но не хлипче. К центральной балке привязали мягкий прокладочный материал. Слуга затягивал его завязки, и Дэймену вспомнилась шнуровка на одежде Лорана.
Слуга принялся испытывать прочность креста, навалившись на него всем весом. Крест не шелохнулся.
Лоран говорил «крест», а на деле это был столб для порки.
Дэймен впервые принял командование семнадцатилетним, и порка считалась частью военной дисциплины.
Как командир и как принц, сам он такому наказанию не подвергался, но безотчетного страха перед ним не испытывал. Он считал порку суровым наказанием, которое воины с трудом, но переносили.
При этом он знал, что плеть ломает даже сильнейших. Ломает и убивает. Впрочем, даже в семнадцать Дэймен не дал бы своим подкомандным гибнуть под плетью. Если человек не выполняет разумных приказов, не соблюдает обычную дисциплину – и командиры тут не виноваты, – в войске ему не место.
Таких вообще не стоит брать на военную службу.
Он, наверное, не умрет, но будет очень больно. В этой ситуации Дэймен больше всего злился на себя. Он знал, что в итоге пострадает сам, потому и не поддался на провокацию насилием. А теперь он у столба для порки только потому, что Лоран с его привлекательной фигурой долго молчал и тело Дэймена позабыло, где находится.
Дэймена привязали лицом к продольной балке, разведенные руки приковали к поперечине.
С ног путы сняли. Он вполне мог уворачиваться – места хватало, – но решил, что не станет. Стражи проверили, крепко ли сидят оковы на руках, выправили Дэймену позу, пинком развели ему ноги. Его так и подмывало дать отпор, но он строго себе запретил. Было непросто.
Дэймен не знал, сколько прошло времени, прежде чем в комнате наконец появился Лоран. Наверное, достаточно, чтобы принц обсох, оделся и затянул свои бессчетные шнуровки.
