Пленительные наслаждения

– Мисс Дженингем, я говорила вам четко и ясно, что вы не должны оставаться наедине с мужчиной. С любым мужчиной! Ваше платье смято на спине, и к тому же по всему ковру разбросаны шпильки. Вы двое катались здесь по полу. Если вы будете уверять меня, что этого не делали, тогда я – мартышкин дядя!

Трудно представить человека, пребывающего в большей растерянности, чем Габби в данный момент. Прежде чем она смогла собраться с мыслями, чтобы защитить себя, Квил опять ее опередил. Глаза его светились ледяной яростью.

– Я буду кататься с моей невестой везде, где мне понравится, черт побери! Запомните это, леди Сильвия!

Дама резко выпрямилась.

– Габриэла не коровница с фермы, чтобы ты вел себя таким неподобающим образом, Квил! И пока я приставлена к ней, этого не будет! Подожди, мы еще послушаем, что скажет твой отец!

Все сразу замолчали, осознав, что виконт Дьюленд уже никогда не сможет этого сделать.

– Да, бедняга Терлоу не сможет высказаться, – вздохнула леди Сильвия после минутного молчания.

– Но ему не понравится, если ребенок появится через шесть месяцев. Мне тоже это не понравится. И я надеюсь этому воспрепятствовать.

Габби подбежала к своей компаньонке и взяла ее за руку.

– Леди Сильвия, – взмолилась она, – простите меня за мое поведение. Обещаю вам, я больше ни минуты не останусь с Эрскином наедине до нашего венчания. И… и еще… я – не порченый товар! – добавила она обиженно.

– Я тоже так думаю, – нехотя согласилась дама и скупо улыбнулась. – Эрскин, может, и горячий парень, но не распутник.

– Да, тетя, я не должен был разговаривать с вами в таком тоне, – признался Квил. – Прошу простить меня.

Леди Сильвия передернула плечами.

– Ты не умеешь скрывать своих чувств, Эрскин. Поэтому разговор будет предельно короток. Ты, видимо, хочешь, чтобы венчание состоялось на следующей неделе или близко к этому?

– Вовсе нет, – оскорблено возразил Квил. Он был настроен отложить процедуру на добрых три месяца – именно на тот срок, который накануне ему рекомендовал Питер.

Но поскольку каждый дюйм его плоти подзуживал снова повалить Габби на ковер у камина, терпеть так долго было невмоготу. По этой причине Квил пребывал в дурном настроении. Но ему не хотелось – нисколько не меньше, чем виконту Дьюленду, – чтобы ребенок родился через пять месяцев после помолвки. Поэтому он сказал: – Мы с Габби дадим официальное объявление, а затем подождем какое-то время до торжественной церемонии. Вероятно, месяц, – нехотя добавил он.