Пленительные наслаждения

– Ты делаешь успехи, Эрскин, – засмеялась леди Сильвия. – Не подумай, что я не одобряю твоей сдержанности, но мой Лайонел прямо-таки рвался в мою постель! Он даже клялся, что закажет себе гроб, если мой отец будет настаивать, чтобы церемония состоялась лишь через шесть месяцев. В данном случае Габриэла вовремя выбрала себе нового жениха. Я как раз получила послание от Китти. Она пишет, что возвращается в Лондон, я думаю, ей хочется поскорее женить Питера. Ты, Эрскин, должен уведомить брата, что он лишился невесты.

Леди Сильвия взяла свой ридикюль и веер.

– Габриэла, – буркнула она, – пойдемте со мной. Нужно немедленно привести в порядок ваши волосы. А еще час или около того, я полагаю, вам потребуется, чтобы успокоиться. Теперь, когда вы представлены обществу, более того – привлекли его внимание своим первым скандалом, поток визитеров вам гарантирован.

Габби покорно встала и, к огорчению жениха, оставила его в комнате вместе с семнадцатью жемчужными шпильками.

На пороге своей спальни леди Сильвия неожиданно остановилась.

– Я не такая плохая компаньонка, как вы думаете. Я, как и любой другой, сразу поняла, что вы с Эрскином больше подходите друг другу.

– Я ужасно огорчена из-за сегодняшнего утра. Мне не следовало идти в кабинет Квила одной.

– Всему, и компаньонкам в том числе, свое место и время, – назидательно изрекла леди Сильвия. – Но ни то ни другое не предполагает соучастия в легкомысленных предложениях. Внешне все выглядит так, будто инициатором был Эрскин.

Увидев озорной взгляд немолодой дамы, Габби не удержалась от улыбки.

– Эрскин – мой любимый племянник. Он славный парень. Душевный. Это ничего, что он не больно разговорчив. Он положительный человек.

Леди Сильвия гордо прошествовала к себе, напоследок посоветовав Габби прилечь хотя бы минут на сорок перед натиском ожидаемых сплетников.

– Имейте в виду, их наберется порядочно, учитывая, что прошлой ночью ваш лиф, как говорят моряки, отдал швартовы. Многие придут, чтобы вытянуть шеи – вдруг он снова упадет? Я не сомневаюсь, что история уже известна всему городу.

Габби ушла в свою комнату и послушно легла на кровать, но расслабиться никак не удавалось. Тогда она села и достала миниатюрный портрет. Ласковые глаза и мягкие каштановые кудри Питера уже не казались такими привлекательными.