Пленительные наслаждения

Должно быть, она выглядела сейчас непривлекательно с багровым лицом. Она прижала пальцы к щекам, пытаясь успокоиться.

В это время рука Квила двинулась от ее шеи вниз. Габби вздрогнула, когда он сжал пальцами ее грудь, и непроизвольно изогнула спину, подталкивая ее ему в ладонь. У него вырвался хриплый стон.

– Больно? – спросила она тревожно, готовая соскочить с его колен. – Это тебе не навредит?

Он с трудом сдержал смех.

– Нет. – Пока его палец поглаживал ее сосок, Квил не мог говорить от наслаждения, чувствуя, как дрожит ее тело, и с трудом сдерживая собственную дрожь.

– Габби, ты ведь знаешь, что я не был женат.

– Знаю, – шепнула она, тяжело дыша. Может, остановить его? Пусть он перестанет это делать, а то ей трудно думать.

Квил будто прочитал ее мысли. Его пальцы замерли у нее на груди, ощутив их налитую тяжесть. Подрагивающее тело Габби напряглось, точно струны скрипки в ожидании взмаха смычка.

– Хотя я не был женат, – осторожно продолжил он, – у меня были женщины. Но это совсем другие отношения.

Ты ведь понимаешь.

Единственным человеком, с кем он когда-либо затрагивал эту интимную тему, был его давнишний приятель Алекс, граф Шеффилд и Даунс. Как-то на вечеринке Алекс сказал в подпитии, что в сравнении с женой случайные партнерши кажутся «холодным телом». «После близости с ними чувствуешь себя промерзшим до костей».

– Так вот, поскольку я не был женат, я не смог познать истинного наслаждения.

– О, вполне возможно, – согласилась Габби.

Квил готов был побожиться, что она не имеет ни малейшего представления, с чем соглашается.

Она прижалась к нему. Он не видел ее лицо, но мог поспорить, что сейчас она покусывает нижнюю губку.

– И те отношения с женщинами всегда сопровождались мигренями? – спросила Габби, уткнувшись лицом в его сюртук.

Квил лениво выписывал пальцем круги на ее коже.

– Тогда и в супружестве вряд ли что-то изменится, – с поразительной быстротой сделала вывод его смекалистая жена. – Логично предположить, что твои мигрени – это реакция на физический раздражитель.

Моя подруга Лейла в Индии долгое время страдала рвотой. Позже выяснилось, что она ела много папайи, тогда как организм этот продукт не принимал и отторгал таким вот образом. Похоже, нам следует быть готовыми к тому, что приступы будут повторяться.

– Да, – кивнул он, понимая, что мигрени неизбежны и о наслаждении нечего и мечтать. – Если бы дело было только в папайе, я бы это горем не считал!

– Ты советовался с врачами, Квил?

– Советовался, – грустно вздохнул он.