Пленительные наслаждения

– Кстати, я думаю, что сын Туласи станет отличным правителем.

– Я догадываюсь теперь, что вы хотели тайно посетить Кази, когда просили экипаж.

– Да. Но отец наказывал не говорить никому о его местонахождении, даже вашему отцу. – Габби замялась. – Вы проводите меня, Квил? Я была бы рада вашей компании. Отец просил удостовериться, что Кази живется хорошо, и, если нужно, подыскать другое место.

– Конечно, я провожу вас, – кивнул Квил. – Леди Сильвия, завтра утром вам будет удобно?

– Я думаю, что могу позволить тебе проводить девушку по ее делам.

По сути, это визит милосердия. Кто станет с этим спорить!

– Леди Сильвия, я вам очень признательна за участие в спектакле, – улыбнулась Габби. – Было бы ужасно, если бы Гастингс и Ост-Индская компания обнаружили Кази.

– Но благодарная трещотка, – засмеялась Габби. – Одна я ни за что не одолела бы полковника Гастингса. У вас талант водить за нос мужчин.

– Ну хватит, – отмахнулась леди Сильвия, – пора идти на ленч! – И прогнала Габби вместе с собаками из гостиной.

Квил задумчиво смотрел на огонь в камине. Леди Сильвия явно что-то замышляет. Когда она объявила, что не станет их сопровождать, ему показалось, что она подмигнула ему с заговорщическим видом.

Кучер Дьюлендов повез их по адресу, названному Габби. От Сент-Джеймс-сквер они довольно быстро добрались до Сэквил-стрит и нужного им квартала с аккуратно покрашенными, ухоженными домами. Но уж больно они были маленькие.

– О Боже, – неуверенно произнесла Габби. – Это так отличается от того, к чему привык Кази.

– Вы что, жили в огромном дворце?

– Да, – кивнула Габби. В ее голосе не было и тени смущения. – Отец испытывал особое пристрастие к роскоши. Это одна из причин, по которой миссионерские неудобства сделались для него непереносимыми.

– Могу себе вообразить, – сухо ответил Квил.

Миссис Мэлбрайт оказалась добродушной, хлопотливой женщиной, весом превосходившей Кази по меньшей мере на два десятка фунтов.

Квил сразу понял, почему Габби с отцом так оберегали принца от восшествия на трон.

Невысокий индийский мальчик с ласковыми черными глазами выглядел скорее на восемь, нежели на четырнадцать лет. Он бочком вошел в комнату – плавно, как пугливый олень, ступающий на открытый выгон, внимательно оглядев каждое лицо, а затем, бросив взгляды по углам комнаты.

Так было, пока он не увидел Габби. Он бросился к ней и легонько ухватил за платье.

– Габби, расскажи мне сказку! – попросил он, словно видел ее этим утром.

Она взяла его лицо в ладони.