В его словах, конечно, была логика, но интуиция во всю вопила, что не просто так она появилась спустя столько времени и не нужно недооценивать противника.
— Слава, я в туалет хочу, — звонкий голос Артема разрезал тишину, вырвав меня из размышлений.
— Пойдем, я тебя отведу, — подхватив малыша на руки, помогла ему слезть с кровати.
Мы уже подошли к двери, когда за спиной раздался голос мужа.
— Пусть Мишаня отведет.
Я поморщилась и вздрогнула. Признаться, этот человек не вызывал у меня доверия. Нет, даже не так, он просто пугал меня до ужаса одним своим видом: двухметровый, бритоголовый шкаф, с широченным разворотом плеч, бычьей шеей и огромными лапищами, которыми он наверняка способен свернуть человека в бараний рог.
Тимур утверждал, что он верный, как пес и здесь он для моего спокойствия, а мне как-то вообще спокойно не было.
— Я сама, — попыталась настоять на своем, не желая доверять малыша этому громиле.
— Нам надо поговорить.
Я обернулась, посмотрела на мужа и его серьезное лицо, понимая, что скорее всего ничего от этого разговора хорошего не будет, но спорить больше не стала, взяв Артемку за руку, вывела его в коридор, где у самой двери, на стуле, с телефоном в руках, обосновалась гора по имени Мишаня.
Стоило нам появиться, мужчина тут же отвел взгляд от телефона и перевел его на нас. И лучше бы он этого не делал, господи, да такими глазами чернющими и взглядом злобным только людей пугать.
— Отведите, пожалуйста, Артема в туалет, — попросила дрожащим голосом и попятилась слегка, когда эта груда мышц поднялась на ноги, нависая надо мной и малышом.
Артем же, надо сказать, от мужчины был в полном восторге и ничуть его не боялся. Малыш тотчас же схватил Мишу за огромную лапищу и потянул.
— Не переживай, малая, не съем я вашего пацана, — усмехнулся мужчина, глядя на мое абсолютно растерянное лицо и полный страха взгляд.
Проводив ребят взглядом, я вернулась в палату и вдохнула в легкие побольше воздуха, стараясь сохранять спокойствие и невозмутимый вид.
— Мир, скажи мне, чего ты добиваешься? — не успела я вернуться на свое кресло, как Леша в очередной раз огорошил меня своим вопросом. — Чего ты такая упрямая, хватит уже.
— Чего хватит, Леш? — посмотрела на него, глотая обиду.
— Хватит строить из себя чертову мать Терезу. Тебе и двадцати нет, а ты уже связала себя узами брака с калекой, тратишь свою жизнь, время. Не надо этих жертв, ты только хуже делаешь, пойми ты это.
