Я чувствовала, как лезвие ножа движется у меня по щеке, от уха к губам, и наконец его острие подцепило матерчатый кляп и вырвало его у меня изо рта.
В эти секунды я испытывала такое напряжение, что едва не потеряла сознание. Меня била нервная дрожь.
Когда мне снова удалось взять себя в руки, нож Вьер-ны уже опять висел у нее на поясе.
– Я хочу пить, я голодна, – сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.
– Разве твои хозяева тебя не покормили? – с деланным удивлением произнесла Вьерна.
– Конечно, покормили! – воскликнула одна из разбойниц. – Она ела у них из рук, как животное! Девушки презрительно фыркнули.
– Они на лету ловили брошенные им куски мяса, – добавила вторая разбойница.
– Мужчины, твои хозяева, должно быть, находили это очень забавным, – нахмурилась Вьерна.
– Они мне не хозяева. Я не рабыня! – ответила я.
– Вот как? – удивилась Вьерна. – Разве ты не носишь на своем теле поставленное ими клеймо?
Я покраснела. Клеймо у меня на теле действительно было поставлено рукой мужчины.
– Их даже угощали каланским вином, – усмехнулась одна из девушек.
– Очевидно, они пользуются большим расположением своих хозяев, – заметила предводительница. Я промолчала. Во мне закипало раздражение.
– Говорят, вино ка-ла-на уже через час превращает каждую женщину в покорную рабыню, – насмешливо произнесла Вьерна. – Это правда?
Я не ответила. Я со стыдом вспоминала, как сама положила руку охранника себе на тело, признавая тем самым удовлетворение своим положением рабыни.
Вспоминала, как стояла рядом с ним на коленях, как мои волосы упали ему на лицо, а губы потянулись к его губам.
Я знала, что сама спровоцировала поведение молодого охранника, пусть даже потом оказала ему сопротивление.
– Я сопротивлялась! – воскликнула я. Девушки рассмеялись.
– Спасибо вам, что спасли меня от него, – пробормотала я.
Последовал новый взрыв хохота.
– Я не рабыня! – воскликнула я.
– На тебе была невольничья туника, привели тебя из невольничьих бараков.
И мужчинам ты прислуживала, как самая настоящая рабыня! – возразила одна из девушек.
– Ты сама напрашивалась на то, чтобы он тебя обнял! – воскликнула вторая.
– Мы хорошо знаем язык тела рабыни, – добавила третья. – Твое тело выдает переполняющие тебя мысли и желания, выдает их непроизвольными, независимыми от сознания движениями. “Я – рабыня”, – говорит твое тело!
– Ты хотела принадлежать мужчине! – воскликнула Вьерна.
