Только я об этом подумала, как Юта поднялась на ноги и стала тушить огонь.
– Что ты делаешь? – воскликнула я, хватая ее за руку.
Она посмотрела на меня с недоумением.
– Тушу костер, – сказала она.
– Не надо, Юта, – попросила я.
– Оставлять его на ночь опасно!
– Ничего опасного! Вокруг нет ни души!
– Это очень опасно, Эли-нор.
Я не хотела есть в темноте, дрожа от вечерней прохлады.
– Не туши огонь, Юта, – просила я. – Все будет в порядке.
Она остановилась в нерешительности.
– Пожалуйста, – настаивала я.
– Ну, хорошо, – уступила она.
Однако уже через минуту она вскочила с места и с испуганным видом принялась затаптывать огонь.
– Что ты делаешь? – закричала я.
– Тише! – прошептала она.
И тут я услышала донесшийся сверху, из темноты, крик парящего в небе тарна.
– Это дикий тарн, – пробормотала я.
В считанные секунды костер был потушен.
– Нужно уходить отсюда, – испуганно прошептала Юта.
– Но это всего лишь дикий тарн! – настаивала я.
– Надеюсь, что это так, – сказала Юта, тревожно оглядываясь по сторонам.
По спине у меня пробежала мелкая дрожь. Юта принялась ломать выстроенный нами шалаш и раскидывать сломанные ветви по сторонам.
– Возьми с собой пищи в листьях, сколько сможешь унести, – сказала Юта. – Нужно уходить как можно скорее!
Я была обозлена и испугана. Ее беспокойство казалось мне совершенно напрасным.
Замаскировав следы лагерной стоянки, Юта собрала все кости, шкуры и внутренности разделанных нами животных и поспешно закинула их в кусты."
"После этого, не теряя ни минуты, мы быстро пошли в темноту.
Я шагала за Ютой, чувствуя, как ненависть по отношению к ней борется во мне со страхом ее потерять.
Мы двигались по роще в прежнем юго-западном направлении. Вскоре деревья начали редеть, и мы снова оказались на краю широкой степи.
Ночь выдалась на редкость темной.
Юта напряженно всматривалась в бездонное небо, но не заметила ничего подозрительного. Долгое время она прислушивалась, но до нас не доносилось ни звука.
– Вот видишь, – раздраженно бросила я, – не надо было дергаться.
Зачем убежали?
– Возможно, и не надо было, – согласилась Юта.
– И тарнов больше не слышно.
– Может, наездники спешились.
– Это всего лишь был один дикий тарн.
– Я тоже хочу на это надеяться.
Расположившись у края рощи, мы с Ютой торопливо доели остатки дичи и рыбы, которые я прихватила с собой. Обсосав все косточки, мы вытерли руки о траву и бросили объедки в кусты.
– Смотри! – внезапно прошептала Юта.
