Я часто просила Юту, чтобы она позволила мне отправиться в лес для сбора ягод, но она всегда отказывала и посылала других девушек.
– Я не убегу, – клятвенно обещала я.
– Я знаю, – отвечала Юта, каждый раз отправляя в лес кого-нибудь из моих соседок по бараку.
Я никак не могла понять причины ее возражений. Наконец сегодня она, очевидно сжалившись надо мной, разрешила мне идти собирать ягоды вместе с Тейшей.
Как славно было оказаться на свободе – пусть даже ненадолго, пусть даже привязанной ремнем к другой девушке! У меня было чудесное настроение.
К тому же сегодня утром в лагерь доставили двух новых пленниц, убежавших из дому от ненавистных им браков, устроенных их родителями. Наши тарнсмены обнаружили беглянок в лесу, поймали их, и по этому поводу сегодня вечером снова, как и вчера, будет организован праздничный ужин. Однако на этот раз Юта сказала, что, если сбор ягод у нас с Тейшей пройдет без замечаний, меня не отправят в барак рано вечером, а позволят остаться до конца праздничного ужина, чтобы прислуживать пирующим.
– Это значит, что на меня наденут прозрачные шелка? – поинтересовалась я у Юты.
– Да, – ответила она. – И ножные браслеты с колокольчиками. Я разозлилась.
– Я не желаю прислуживать мужчинам! – сказала я, – Тем более я не желаю прислуживать им в напяленном на меня огрызке шелка и клоунских колокольчиках, как какая-нибудь дешевая шлюха!
– Ну что ж, тогда сиди в бараке одна, – согласилась Юта.
– Я не думаю, что это справедливо по отношению к остальным девушкам, – возразила я.
– Я себе отдыхаю в бараке, а их заставляют прислуживать пирующим…
– Так ты будешь прислуживать на праздничном ужине или останешься в бараке? – теряя терпение, спросила Юта.
– Я буду прислуживать, – ответила я с видом мученицы, приносящей себя в жертву.
– Тогда тебе придется надеть на себя шелка и ножной браслет с колокольчиками.
– Ну что ж делать… – обреченно развела я руками.
На самом деле в глубине души я с нетерпением ждала сегодняшнего вечера. Я была уверена, что в шелковых одеяниях буду одной из самых красивых девушек.
Может быть, в шелках и колокольчиках я произведу на Раска большее впечатление?
Как я его ненавидела!
– Однако если кто-нибудь из мужчин обратит на тебя внимание, не спеши падать в его объятия, – предупредила Юта – Помни, что ты – девушка белого шелка!
Я почувствовала, как во мне закипает холодная ярость.
– Значит, я обречена оберегать свою товарную стоимость? – иронически усмехнулась я.
