— Это не в моих силах.
Она думала, что сердце ее разорвется прямо сейчас. Как сможет она выдержать эту муку длиною в жизнь?
— А вы? Вы заведете себе любовниц?
— Нет. Я буду вам верен.
— И в то же время готовы играть роль рогоносца.
Не каждый может похвастаться такой широтой души.
Лицо его свело от напряжения.
— Чариз, вы слишком темпераментны и чувственны, чтобы прожить всю жизнь без любви. С вашими деньгами и свободой, пусть не де-юре, так де-факто, вы сможете жить так, что вам будут завидовать все дамы света.
— Сомневаюсь. Скорее на меня будут смотреть с брезгливой жалостью как на женщину, безнадежно влюбленную в мужчину, который ее терпеть не может.
Он насупил брови. Лицо его скорее выражало сожаление, чем гнев.
— Я вас очень ценю. Если бы обстоятельства сложились по-другому, я бы…
Он замолчал.
— Вы так высоко меня цените, что предлагаете мне прелюбодействовать и обманывать.
Она не имела права отчитывать его. От чувства вины свело живот. Она готова была извиниться перед ним, но это было выше ее сил.
— Если вы считаете такой брак неприемлемым для себя, можно найти другой выход, — спокойно произнес он.
Лучше бы он злился на нее. Его бесконечное терпение и понимание были невыносимы. Она его не заслуживала. Она не заслуживала того героизма, на какое он шел ради нее. Она вновь повернулась к нему.
— Разве у нас есть выбор?
— Убежать. Скрываться. Молиться о том, чтобы ваши сводные братья нас не нашли. — Он взял свой бокал и уставился в него так, словно вино содержало ответы на все вопросы вселенной.
— Мы также можем остаться здесь, и я буду блефовать, уверять их в своей непричастности к вашему исчезновению. Сомневаюсь, что они найдут тайник.
— Если меня найдут, вас арестуют.
Он угрюмо посмотрел на нее:"
"— Я бы не стал выбирать этот план. Но решение за вами.
Она сжимала бокал так, как он сжимал ее руки, когда она оступилась на обрыве. Тогда он ее спас. Она знала, что он спасет ее и на этот раз. Но какой ценой?
— Как могу я вынести брак с вами на таких леденящих сердце условиях?
Она ожидала, что он в очередной раз со снисходительностью старшего, умудренного опытом мужчины начнет убеждать ее в том, что ее любовь не настоящая.
Но он одарил ее бесконечно нежной улыбкой.
— Вы самая храбрая девушка из всех, кого я знаю. Пара выскочек, таких как Фаррелы, не могут победить девушку с такой силой духа. — Улыбка его поблекла. — Чариз, есть кое-что еще.
— Не думаю, что хочу это знать.
