Целует меня в лоб и уходит.
В лоб поцеловал. Это ж надо.
Решаю осмотреться в номере. Панорамные окна с видом на город. Большая двуспальная кровать. А потом я вижу ванную и удивляюсь ещё больше. Потому что в ней прозрачные стены! Рисую картины в голове, как я принимаю душ, а Роберт смотрит на меня. Видение меня сильно возбуждает.
За все то время, что я с ним, мы ни разу не принимали душ вместе. А теперь, может, он захочет, чтобы я потёрла ему спинку? Смешно, конечно. Рассуждаю, как влюблённая дурочка. А может, так оно и есть?
Как всегда, откладываю серьёзные думы на потом, беру деньги и спускаюсь.
Пришло время для знакомства с мини-государством.
Охранник Роберта, как невидимка, следует за мной.
Он и в Москве за мной следил. Но не так открыто. То тут, то там видела его машину. А теперь идёт за мной на расстоянии.
Не знаю, чего боится Роберт. Что меня украдут? Или что я сбегу?
Рядом с отелем я нахожу шикарный парк с разными экзотическими растениями, потом гуляю по набережной, обедаю в одном ресторанчике.
Еду на такси и катаюсь на знаменитом колесе обозрения.
Замечательный день. Давно такого не было.
Возвращаюсь в отель и застаю Роберта в номере. Сидит за столом, снова с ноутбуком.
— Куда ходила? — спрашивает, даже не повернувшись в мою сторону.
— Гуляла, мне очень понравился Сингапур, красивый и ухоженный город. Такой современный. У меня такое ощущение, что они за каждым сантиметром здесь ухаживают. Действительно, как город будущего.
Рассказываю ему и параллельно раздеваюсь, он даже не смотрит в мою сторону и, наверное, не слушает.
"
"Захожу в душ и включаю воду. Только после этого Роберт поворачивает голову в мою сторону.
Сначала просто смотрит, как я выдавливаю гель, растираю его по коже, затем начинает раздеваться и идет ко мне.
Я же ведь этого и добивалась. А теперь останавливаюсь и не знаю, что делать дальше. Он становится рядом со мной под душ. Дотрагиваюсь до его груди мочалкой, останавливаюсь, смотрю в глаза. Вроде там нет стоп-сигнала, поэтому продолжаю.
А затем бросаю мочалку и растираю гель рукой.
Исследую каждый миллиметр его кожи, вожу по всем изгибам и мышцам. Почему мне так нравится его трогать? Неужели потому что раньше мне было запрещено, а теперь он меня не останавливает? Решаю спросить прямо:
— Почему раньше нельзя было так делать?
— Раньше мне были неприятны такие прикосновения.
— А теперь? — спрашиваю и замираю в ожидании ответа.
— А теперь я не против.
Конечно, ответ в его духе.
