— О чем ты? — спрашиваю я.
Она наклоняется и начинает шептать мне на ухо:
— Я слышала вчера, как бизнесмены обсуждали, что тебя трогать нельзя, потому что шейх за ночь с тобой предложил Роберту много денег. А он отказался и потерял выгодный контракт.
Затем приподнимается и говорит громче:
— Только не обольщайся. Я тоже с одним думала, что я особенная, пока не увидела, как он на глазах у меня повёл трахать другую. А потом заставлял и меня с ними. Если ты сразу знаешь своё место, больно не будет.
Я сначала подумала, что Карина просто меня с кем-то перепутала, но потом вспомнила, что вчера, правда, был один шейх, который странно на меня посматривал, неужели правда хотел купить меня?
— Хватит ее пугать.
Роберт другой! И она не похоже на наших, — вставляет другая девушка.
— Роберт никогда не заказывал наших девчонок, — добавляет третья. Никак не могу запомнить их имена: две блондинки очень сильно похожи друг на друга.
Но Карина их не слушает, она смотрит на меня:
— Это неправда. Я была с Робертом ещё в начале своей карьеры.
Он был моим первым клиентом. Мне тогда очень понравилась такая работа, подумала, что все будет брать сзади и не надо делать лишних движений. Не надо целоваться и делать минет, десять минут и готово. Тебя он тоже берет только сзади? И глаза завязывает? Странные пристрастия, да? — хитро улыбается.
Змея.
У меня сердце вниз падает от такой наглой откровенности. Я смотрю на Роберта, который сидит и общается в другой стороне огромного помещения.
Он меня не видит, у него все хорошо.
Карина продолжает, и все за нашим столом ее внимательно слушают:"
"— Да, Роберт думал, что я его не видела. Но я как вышла, стала караулить, чтобы посмотреть, кто выйдет из номера. Вышел он. И меня отпустило еще больше. Я, конечно, по члену поняла, что трахает не старый хрыч, но что он хорош собой, меня успокоило. Тогда меня мучили угрызения совести. Теперь нет.
Я молчу, мне противен разговор, но две одинаковые блондинки продолжают спорить:
— Вот видишь, я же говорю, что Алиса особенная.
Он тебя отпустил, а она у него на постоянной основе.
Я хочу остановить бесконечный поток слов и кричу:
— Зачем вы это делаете? Почему не уйдёте? Ради чего так живете?
На минуту все замолкают. Затем все дружно заливаются громким смехом, так что даже мужчины оборачиваются в нашу сторону.
Карина первая вставляет слово:
— То есть ты думаешь, что лучше? Или у тебя какая-то великая цель есть? Ну-ну, успокаивай себя.
