Пленница Зверя

– Я спрашиваю девушку, – поясняет незнакомый мужчина, на что Бакир тоже находит ответ:

– Жена просто беременная, гормоны шалят. Не обращайте внимания, – он старается произносить слова как можно более спокойно, будто и вправду я всего лишь бешеная беременная девица.

– Он врет! Помогите! – не унимаюсь я. – Меня похитили и держат насильно.

– Андрюх! Полицию вызывай! – кричит кому-то охранник.

Бакир быстро и незаметно достает нож. Упирается острием лезвия в живот мужчине. Я зажимаю рот трясущимися руками.

Неужели, на моих глазах погибнет еще один человек.

– Дорогая, – бандит обращается ко мне, и я это понимаю, – давай, ты прекратишь опасные игры, и скажешь нашему новому знакомому, что обманщик здесь не я.

Вижу, как Бакир сильнее надавливает ножом, кажется, что тот вот-вот проткнет живот охранника. Я не могу допустить того, чтобы кто-то пострадал из-за меня.

– Жена. Жена! Я Жена! – срывающимся голосом кричу я. Лишь бы отпустил!

""Муж"" убирает нож так же быстро и незаметно, как и достал.

– Вот видишь, друг, – он похлопывает опешившего мужчину по плечу, – все в порядке. Гормоны. Правда, милая? – с наигранной улыбкой на лице Бакир поворачивается в мою сторону.

– Да, – только и могу ответить я, обессилено оседая на стул.

– Прошу меня извинить, – зачем-то просит прощения охранник, а затем удаляется из поля зрения со стеклянным взглядом.

Бакир неодобрительно качает головой, глядя на меня.

– Ты должна молчать, Милана, и становиться заметной лишь тогда, когда Зверь этого захочет.

В нашем мире такие выходки не прощаются! Не поняла еще? Мало в детстве тебя пороли.

– Вообще не трогали, – бурчу я всхлипывая.

– Поэтому и слушаться не умеешь, – вздыхает мужчина. – Вернемся к нашим, зубы сцепишь, и чтобы ни единого звука без разрешения. Дышать даже не смей, пока команду не дадут. И уж, тем более, не пытайся больше на Даяна кидаться, как сделала это утром. Он тебе побои с рук спустил только потому, что ты новость неприятную узнала.

Пожалел. Но в другой раз может не обойтись. Сейчас я, так уж и быть, не расскажу ему о том, что снова бежать пыталась, но ты про это раз и навсегда забудь, поняла?!

Хочется исчезнуть. Мне и без того плохо! Горечью хочется захлебнуться, которая давит изнутри навязчивой болью.

Я думала, что рабство уже давно отменили, что мы, люди, все равны и свободны, но, получается, я жестоко ошибалась. Те, кто сильнее, могут в одночасье забрать твою независимость.