Пленница Палача

- Избавься, пожалуйста, от этого, - я протягиваю ей тест. Если кто-то посторонний найдёт его в моей комнате…

Аня кивает и направляется к двери.

- Ты… - она вздыхает и оборачивается. – Ты не раскисай, хорошо? Всё… наладится.

Вымучиваю улыбку и отворачиваюсь.

Господи, что же мне делать?

Наливаю воду в ванну и погружаюсь в неё с головой.

Кладу руку на живот.

Поверить не могу, что сейчас там… у меня внутри растёт новая жизнь…

Палач использовал моё тело. Ввёл в зависимость от себя. Заставил чувствовать… А потом резко оборвал все те искренние ростки, что начали созревать в душе.

Но и этого ему оказалось недостаточно. Будто нарочно, он связал нас с ним ещё крепче. Ведь теперь я никогда не смогу забыть его. Первого мужчину. Отца моего нерождённого ребёнка.

Даже если у меня получится избавиться от прошлого, частичка Палача навсегда останется во мне. До тех пор, пока я жива, он будет болеть во мне незаживающей раной.

Раздаётся стук в дверь.

Я поднимаю голову от подушки.

- Войдите, - тихо отвечаю я.

Дверь открывается, а я задерживаю дыхание. Передо мной стоит ОН.

Палач входит в комнату и останавливается возле кровати.

Так странно… раньше он никогда не стучал.

Тут же сажусь и подбираю под себя ноги.

Сердце колотится в груди как сумасшедшее. Первая мысль, пронзающая сознание: ОН знает. Аня проболталась кому-то, и теперь Палач пришёл «разобраться с проблемой».

Неосознанно обхватываю себя за живот.

Паника сковывает тело.

Почему мне так страшно? Ведь я не хотела этого ребёнка. Сама же мечтала от него избавиться… но теперь, когда дошло до дела, мне становится не по себе.

С опаской понимаю взгляд.

Жду, когда он заговорит. Но он почему-то молчит.

Напряжение между нами растёт как грёбанный снежный ком. Накапливается, становится больше и ощутимее. Вот-вот оно собьёт меня с ног.

В фигуральном смысле, конечно. Ведь я сижу.

Палач тоже садится на край кровати.

В его глазах, которые я не видела уже больше недели, читается какое-то новое незнакомое выражение.

В них нет былой сдержанности и отстранённости. Лишь холодная решимость. И горечь.

- Зачем ты пришёл? – не выдерживаю я, и первой начинаю разговор.

- Хотел увидеть тебя, - его ладонь тянется вперёд по покрывалу к моей руке. Но я быстро убираю её, складывая пальцы в замок.

Дамир замечает этот жест, но никак на него не реагирует. Он так и застывает.