Пленница судьбы

О ней вы ведь такого же мнения? О том, что ямы для нее — накатанная дорога, что она встречается с мужчинами только ради денег.

Он смотрел с ледяной насмешливостью, и Александр содрогнулся.

— Знаете, молодой человек, я был о вас иного мнения, — только и сумел сказать он.

— О Люси я не думаю плохо. Просто мы оказались разными.

— Вот как? — усмехнулся Кристиан и вдруг спросил: — А где портрет?

— Портрет, изображающий вас в молодости. О нем говорила мать. Кажется, он висит в кабинете.

— Просто хочу взглянуть.

— И после этого вы уйдете?

— Хорошо. Идите наверх.

Они стали подниматься по ступенькам. Вопреки всему Александр поглядывал на Кристиана с любопытством. Да, этот человек другой. Не то что он, не имеющий мужества разорвать связи с прежней устроенной жизнью, отречься от того, что создал он и что в определенной мере создало его. Да, Александр боялся потерять свой мир, неважно, был он счастлив в нем или нет.

— Вот, — сказал он, открывая дверь, — смотрите.

Кристиан поднял голову и медленно переступил через порог.

Александр тоже посмотрел на портрет. Кристиан оторвал взгляд от портрета и повернулся к стоящему рядом мужчине:

— Знаете, моя мать считает, что вы и есть тот человек, что дал мне жизнь. Она хочет верить в судьбу. Мне казалось, что это бред, но теперь я вижу, что огромное сходство есть, хотя ничего нельзя утверждать наверняка. Доказательств нет. И все же я хочу, чтобы вы об этом знали.

— У вас все в порядке с головой?

— Не уверен.

Но моя мать никогда не была лишена здравомыслия.

— Такой, как вы, не может быть моим сыном!

— Почему? Не такой уж я безнравственный, как вам кажется.

— Как сказать! Обвиняете меня во всех смертных грехах, а сами бросили девушку у алтаря.

— Да, верно. Просто я наконец нашел другую.

Кристиан не удивился.

— Да, Мари. И мы должны быть вместе. Иначе ей всю жизнь придется провести наедине со своей виной, а мне, как ни неправильно это звучит, наедине со своим одиночеством.

— Видимо, с виной жить все-таки легче?

— Эту вину, вину перед женщинами, нам, мужчинам, никогда не искупить, — сказал Кристиан.

 — Женщины не то чтобы слабее нас, просто они нуждаются в чем-то таком, что мы не в состоянии им дать. Потому что не видим, не понимаем. Потому что эгоистичны и жестоки.

Александр молчал. Кристиан смотрел ему в глаза:

— Это вас не касается.

Он говорил так, что Александр не решался спорить.

— Хорошо. Да, люблю.

— А она любит вас.