Пленница в башне

 — Все еще дают о себе знать последствия аварии?

—Нет, спасибо. Я чувствую себя уже гораздо лучше. — Ванесса выдавила улыбку и, не удержавшись, добавила: — Сеньора Монтес, вы сегодня такая элегантная.

Бабушка Рафаэля взмахнула веером и взглянула через патио, туда, где дон и вдовушка вели беседу со своими друзьями. Лусия слегка склонилась вперед, очаровательно прислушиваясь и обдавая его ароматом духов, потом на мгновение коснулась его руки, и ее миндалевидно подпиленные ногти вспыхнули на фоне его темно-серого рукава.

Необыкновенная белая камелия, закутанная в черную с серебром ткань, подумала Ванесса. Дон с улыбкой взглянул на Лусию, и ревность полоснула сердце Ванессы, ей захотелось вскочить и убежать прочь, и не завтра вечером, а не откладывая, немедленно уйти с этого ужасного приема.

— Они хорошо смотрятся вместе, — бодро произнесла она.

Донья Мануэла посмотрела на Ванессу; видимо, собираясь сказать что-то по поводу пары, стоявшей в противоположном конце патио, но сдержалась, будто пообещала кому-то хранить в секрете тайну, которую чуть было не разгласила.

Вместо этого она тотчас переключила внимание на Барбару, которая, по-видимому, решила развлечь компанию своим пением.

Бэбс мастерски играла на гитаре, которую взяла в руки. Инструмент украшала алая лента, и все, кто находился в позолоченном солнцем патио, привлеченные пением девушки, мгновенно умолкли, когда она стала исполнять «О, море великолепно».

Ванесса мысленно унеслась к своему первому утру в Луенде, к пикнику под казуариной, когда суровый корсар угощал ее хрустящими рыбешками и кокосовым молоком и, рассуждая о любви, заметил, что она столь же жестока, сколь и прекрасна.

О да, именно так! Ничто не сравнится в жестокости с любовью, особенно когда знаешь, что она навсегда останется безответной.

— Еще! — воскликнули все, когда Барбара допела песню.

Она подбежала к своему крестному спросить, что он хотел бы услышать. Дон окинул взглядом юную стройную фигурку, и его темные глаза осветились любовью.

Он назвал песню, она запела и, пока всеобщее внимание было приковано к певице и тому мужчине, которому она пела серенаду, Ванесса тихонько незаметно ускользнула из патио, чтобы не видеть счастья и радости, которые озаряли лица всех, кто присутствовал на празднике.

Ее пальцы нащупали кольцо маленькой калитки, она на ощупь открыла ее и оказалась в большом саду, где, наконец, смогла вволю выплакаться в полном одиночестве.