Пленница Вепря

И если раньше я согласился бы и на деньги, то теперь мне нужна услуга, — довольно улыбаюсь я, но от мысли, что на сторону пойти не удастся, мое веселье сходит на нет. — А жена тебе на что, Родя?» — бурчу я про себя, понимая, что фиктивным росчерком поставлю сделку под угрозу.

Я засыпаю рано. Наверное, сказывается напряжение последних дней. Мозг еще пытается осознать масштаб трагедии и придумать выход из ситуации. Но организм уже не справляется. Даже руку поднять нет сил. Я проваливаюсь в глубокий короткий сон, как будто падаю в пустой колодец.

Ни сновидений, ни тревоги. Словно отключаются батарейки. Чувствую легкость и тепло, разливающееся по всему телу. Но внезапно выныриваю на поверхность. Просыпаюсь от лязга открывающихся ворот. Слышу визг тормозов и хлопанье дверей. Кто-то резво взбегает по ступенькам. Нетерпеливые шаги на лестнице, а затем в коридоре. Без всякого предупреждения или стука открывается дверь в спальне. Зажигается свет.

— Спишь? — удивляется Веприцкий без малейшего сожаления в голосе.

— Нет, блин, танцую, — бурчу я недовольно и подслеповато щурюсь.

— Ты мне нужна. Срочно, — сердито бросает Вепрь. И я тут же представляю себе взбешенного кабана в лесу. Страшного и опасного.

«Какого…» — хочется вскрикнуть мне, но я сдерживаюсь из последних сил.

— Что случилось? — лепечу будто маленькая девочка.

— Одевайся и приходи ко мне в кабинет. Нам предстоит серьезный разговор. Мне надоели твои аферы, — пренебрежительно сплевывает он слова, а я, застыв на месте, забываю вовремя поправить сползшее с груди одеяло.

 — И прикройся, что ли… — ворчит он. — Меня магарасами не проймешь…

— Голубой? — понимающе интересуюсь я, и тут же надо мной нависает темная тень, а на мои плечи обрушиваются две стальные лапищи. Трясут меня как петрушку.

— Что ты себе позволяешь? — рявкает Веприцкий. — Будь на твоем месте мужик, я бы прибил…

— Будь я мужчиной, — парирую я. — Тебе бы точно мало не показалось…

— Да что ты, — фыркает он. — Давай, девочка, покажи то многое, на что способна, — рокочет Вепрь прямо мне в ухо.

 — Я оценю.

Мне хочется вырваться, но сильные руки настойчиво прижимают меня к постели. Я смотрю в раздраженное лицо, вижу холодные глаза, преисполненные гневом. Внезапно ощущаю дыхание Веприцкого совсем рядом. Чувствую, как его палец скользит по моей щеке и губам.

— Твою мать, — стараюсь вырваться я. — Крышу снесло, Родя? Проваливай…

— Храбрая и очень наглая, — шипит он будто удав и тут же накрывает мои губы своими. Протискивает язык мне в рот.