Пленница Вепря

— Ни за что, — мотает головой Майя. — После развода Алекс украл ее и запретил нам видеться…

— Урод, — бурчу я негромко, чуть касаясь мокрой головы жены. — Подожди-ка, — стараясь лишний раз не обидеть Майю, говорю я. — Подожди, я сейчас тебе полотенце принесу. Башку замотать, а то простудишься.

Когда я возвращаюсь обратно с белоснежной тряпкой, Майя уже сидит в постели, накрывшись одеялом. А на голове у нее возвышается кипенно-белый тюрбан.

— Ты как махараджа, — хмыкаю я и, натянув на голое тело банный халат, устраиваюсь рядом.

 — Не реви, — бурчу ворчливо. — Мы живы, и это главное. Я всех найду, не беспокойся. Организаторов, исполнителей, посредников. Мне не впервой, Майя, — ухмыляюсь я криво. — Кое-кого сдам ментам, а тех, кто по незнанию влез, просто разорю. А если цепочка потянется к Фигнищеву, то решу проблему кардинально…

— Убьешь? — поднимает она зареванные глаза.

— Нет, — мотаю головой я и вру безбожно: — Лишу бизнеса и выкину из города.

— А такое возможно? — удивляется она. — Как?

— Дам двадцать четыре часа и попрошу убраться подобру-поздорову, — пожимаю плечами я и, скосив глаза на часы, понимаю, что мы вот-вот опоздаем.

 — Точность — вежливость королей, — тихо замечаю я. — Пойдем, чижик, люди ждут.

— Мне не хочется, — вздыхает она, но тут же поднимается и выходит в гардеробную, благо прислуга перенесла туда вещи жены и наши вчерашние покупки.

Нацепив джинсы и голубую рубашку, приготовленные Ольгой заранее, я тупо пялюсь в окно, пытаясь понять, на что именно взъелся Феднищев.

«Из-за земли? Вряд ли… Ну не запасы нефти и газа там после сделки обнаружили! Зачем ему нужен именно этот участок? — печально думаю я, представляя большой заброшенный сад и дом, скорее похожий на барскую усадьбу. И все это в самом центре города! Отличное расположение, — хмыкаю я про себя и тут же ловлю за хвост совершенно невероятную мысль. — Нужно обнести участок забором и поставить охрану. И в обстановке полной секретности провести небольшое расследование… Но это потом», — морщусь я, поворачиваясь на звук шагов, и замираю на месте.

Майя, высушив волосы, заколола их на затылке. Нарисовала темные размытые стрелки, напрочь спрятавшие заплаканные глаза, и надела светлое шифоновое платье в пол.

— Я готова, — шепчет она. — Можем идти…

— Надень те длинные серьги, пожалуйста, — прошу я. — Они тебе очень идут.

— Хорошо, — быстро соглашается Майя и, достав из футляра жемчужно-бриллиантовое великолепие, вдевает их в уши.

«Вот, — мысленно замечаю я.