Пленница Вепря

 — Какой там у нее адрес? — Я медленно бреду наверх, пытаясь взять себя в руки. Получается, но с трудом. — Майя, — бурчу недовольно, — почему ты не осталась со мной. Почему?!» «Ты — идиот, — насмешливо отвечает мне внутренний голос. — Давай, возьми себя в руки и дуй за женой, пока еще есть время».

— Действительно, идиот! — стараюсь сдержаться и не заорать от бессильной злобы. — Весь город знает, что ты женился на Белецкой! Так какого фига ты отпустил ее? Феднищев или кто-то еще запросто возьмет ее в заложники.

Или укокошит…

Перепрыгивая через ступеньки, я несусь наверх. И попав, наконец, в спальню, сразу звоню Майе. Но тут же слышу трель в гардеробной. Моя строптивая жена оставила выданную ей трубку, обрывая между нами всякую связь.

— Ну погоди, чижик, — предупреждаю, направляясь в душ. — Ты только погоди, милая!

Холодная вода немного приводит меня в чувства. А таблетки от похмелья прочищают мозги. Я кошусь на часы, стоящие на комоде, и ничуть не раскаиваюсь, когда в четыре утра звоню Приору:

— Мне нужен Майкин адрес, — говорю, не поздоровавшись.

— А-а, Родя, сейчас, — сонно буровит Олежка, но глупых вопросов не задает. — Записывай или запоминай… — диктует мне.

— И вот еще что, Приор, — недовольно велю я. — Вместо жиробаса приставь ко мне Славку. Меня бывшая родня уже до печени достала.

— А куда его? — вздыхает он.

— Не знаю, — отмахиваюсь я. — Пусть стаканы в клубе перетирает. Или на пилоне танцует. Решай сам. Хочешь — уволь. И еще. Мне нужна вся информация о старце Тимофее.

Все его контакты. Как и когда на него вышла Яночка…

— Я понял, бро, — замечает Приор со всей серьезностью. — С утра лично займусь…

— Хорошо, — отрывисто бросаю и на всех скоростях спускаюсь вниз. Стучусь в комнату к Марине. — Мих, — тихо, но требовательно зову. — Ты мне нужен…

— Конечно, — в одних трусах выскакивает в коридор заспанный водитель. — Пять минут…

— Я вам пока кофе сварю, — выплывая из комнаты, ворчит домработница и косится на меня недовольно. — Куда ты собрался, Родион Александрович?

«Куда-куда! За своей жизнью, — ворчу, осознавая, что если Майя не согласится вернуться ко мне, то просто загнусь от горя.

 — Девочка моя, прости меня», — шепчу, мысленно разговаривая с женой и рассеянно наблюдая, как Марина варит кофе. Потом задумчиво таращусь на черную густую жидкость и, морщась как от лекарства, выпиваю ее, выхожу из кухни, не дожидаясь, пока мой водитель допьет кофе с молоком и съест булочку.

— Поедем на Рэнджи, Миха.