Пленницы судьбы

Как бы чувствовала себя Александра в положении низвергнутой королевы, мы не знаем, но для России и Романовых вся эта ситуация стала бы большой головной болью и, возможно, поводом — скажем так — к «недружеству» России со своим северным соседом с последующим вмешательством в его внутренние дела, которые рассматривались бы в этом случае как несомненно наши дела. Так, известно, что в 1830 году, узнав о восстании бельгийских провинций Нидерландов, император Николай I намеревался бросить туда русскую армию — ведь супругой нидерландского короля Виллема II была его сестра (и сестра Александры) Алша Павловна.

Однако польское восстание 1830 года помешало российскому императору навести порядок во владениях зятя и воспрепятствовать образованию самостоятельного королевства бельгийцев.

Наконец, через три года после конфуза со шведским сватовством, в октябре 1799 года, в Гатчинском дворце все-таки состоялась свадьба Александры, но уже с другим женихом.

Она была выдана императором Павлом I за австрийского наследника престола — эрцгерцога, палатина (то есть правителя) Венгрии Иосифа, двадцатитрехлетнего брата императора Франца II, который сам придумал просватать Иосифа за Александру. Он был добрый, но неловкий и застенчивый человек. Свадьба была, как всегда при русском дворе, пышная, но над всей этой церемонией как будто витала тень несчастных событий осени 1796 года. Как писала современница, прощание Александрины с родителями было душераздирающим: Павел, не скрывая слез, плакал и повторял, что «не увидит ее более, что ее приносят в жертву... государь полагал, что вручает дочь своим недругам. Впоследствии часто вспоминали это прощание и приписывали все его предчувствию». Александра же упала в обморок. 21 ноября 1799 года императрица Мария Федоровна провожала молодых до Кипени, первой станции на Рижской дороге. Потом это она делала еще много раз, отправляя своих дочерей в неведомый для всех мир будущего.

Палатине Венгрии (таков стал ее титул) Александре Павловне в Вене пришлось несладко — при дворе ее почему-то странно невзлюбила императрица Мария-Терезия, ее свекровь. Она досаждала невестке мелкими уколами, болезненными для дочери русского императора.