Пленницы судьбы

Наталья была счастлива, что на нее, не самую яркую красавицу, наконец-то обратил внимание, стал говорить ей комплименты статный, красивый преображенец с орденом Андрея Первозванного на груди, близкий друг царя. Что же до его скандальной славы, то девица обычно легко поддается на ухаживания отчаянного ловеласа — такой особе льстит то, что победитель множества женщин выбрал именно ее, а уж как она овладеет его сердцем, то всеконечно нрав его исправит! Да и родственники Натальи не возражали — этот брак сулил им всем родство с влиятельной семьей фаворита и царской династией.

Словом, накануне Рождества 1729 года во дворце Шереметевых состоялось обручение Ивана и Натальи. Тут же был сам Петр II со своей невестой княжной Долгорукой, множество придворных, гостей, родственников. Наташа была счастлива, любуясь бесценным кольцом, подаренным женихом, и мечтая о будущей безоблачной жизни. «Думала, я — первая щасливица на свете, — вспоминала впоследствии княгиня Наталья в мемуарах, названных “Своеручными записками”, — потому, что первая персона в нашем государстве был мой жених, при всех природных достоинствах имел знатные чины при дворе и в гвардии». И уж конечно, «видя его к себе благосклонна, напротив тово и я ему ответствовала, любила ево очень, хотя я никакова знакомства прежде не имела».

Первыми в Лефортовском дворце обручались император и Екатерина Долгорукая. Они стояли в центре зала, посредине огромного персидского ковра, под роскошным балдахином, который держали шесть генералов. Торжество вел архиепископ Феофан Прокопович, звучала музыка, пели певчие, гремели литавры, стреляли пушки, полки кричали «виват!» — все было торжественно и красиво.

Потом начался бал. Его открыли жених и невеста, следом шла не менее эффектная пара: графиня Наталья Шереметева и князь Иван Долгорукий. Но судьба уже показала свой страшный лик, главные герои этой истории были обречены: еще перед началом церемонии, при въезде во двор Лефортовского дворца, карета царской невесты вдруг зацепилась верхом за низкие ворота, и с крыши к ногам многочисленных зевак и стоящих в карауле гвардейцев прямо в грязь упала императорская корона — золоченое украшение роскошной кареты. Очень скверный знак!

Но молодые беззаботно веселились и тогда, и потом, на обручении Ивана и Натальи, которое состоялось через три недели после царского. На нем был сам император, двор, иностранные посланники, оба клана — семья графов Шереметевых и князей Долгоруких. Два знатных рода были готовы породниться.