– Что это? – снова спросила я, вытянув на свет нечто непонятное.
– Трусики, – вякнула из-за могучей спины Люсинды Катька.
– Это же нитки от трусов. Как их носить-то? – спросила я в пустоту.
– Надевай давай, и без разговоров. И вообще, я думала, ты более интеллектуальна. А у тебя на все один вопрос «Что это?» – передразнила меня фея отвратительным голосом, а Катька противно захихикала. Спелись, блин."
"Я напялила на себя обновки, из которых мне, откровенно говоря, понравился только лифчик. Правда, он был мне слегка великоват, но это мелочи жизни, не мал же.
Посмотрев в зеркало, я застонала. Видок мне открылся ошеломительный. Да проститутка с Тверской выглядела бы рядом со мной как монахиня-викторианка. Ей богу, умылась бы слезами от зависти. Титьки выпирали из декольте, как два холма, оголенные ноги, неплохие, кстати, хоть и полноватые, обтянутые сетчатыми шнурками, походили на батон Останкинской. Жутко захотелось есть, но впившиеся в бедра трусы начисто отбивали желание двигаться вообще.
– Ты великолепна! – с придыханием вымолвила Катька, не сводя с меня восторженного взгляда.
– Фирма веников не вяжет, – заколыхалась Люси, доставая из своей необъятной торбы коробку, и протянула ее мне со словами, – последний штрих.
Вою, который я издала, открыв подарочек, позавидовали бы все оборотни планеты. Маруся и Гимлер заметались по квартире в поисках укрытия. На бархатной подушечке лежали туфли на метровом каблуке, в которых я, рискуя сломать себе шею, и шагу ступить не смогу
– Обувайся, и выдвигаемся, – приказала Люсинда.
И я подчинилась. Потому что спорить с ней все равно что бросаться под танк без гранаты с одним туалетным ершиком в руках. Глупо и неэффективно.
До машины меня волокли под руки две очумевшие от безнаказанности феи, молча, сосредоточенно сопя. Наступал час икс. Интересно, что они придумали?
– Чешется все, – заныла я, когда на пороге ресторана Люся оглядывала меня с головы до ног в поиске косяков и недостатков.
– Потерпишь.
Ты, главное, помни, что должна привлечь внимание дичи и не выпускать его ни на минуту, – рявкнула она и толкнула тяжелую дверь. Я шагнула вперед, покачнулась на каблуках и кубарем ввалилась в заведение, кувыркаясь, как цирковая обезьяна. – Нельзя же все воспринимать так буквально, – зашипела Люся, показнушно улыбаясь и одергивая подол платьишка, пытаясь натянуть его на мою оголившуюся мадам сижу. О да, я привлекла внимание, и не только Завьялова.
