Уже хорошо, — я встал плечом к плечу с её бывшим и всеми силами старался не пялиться на то, как под тонкой майкой Натальи видны бинты и темные синяки по левой руке.
— Как вы узнали?
— Заметил, что ты работу прогуливаешь. Выговор пришёл сделать.
— Спасибо, — уголки её чуть пересохших губ дрогнули в легкой улыбке. — И если вы не против, я ещё около трёх недель прогуляю работу.
— А что так? Болит что? — мы играли в сарказм. Почти как на работе во время совещаний.
— Заусенец неудачно на обед откусила.
— Аккуратнее надо, Натах, — качнул я головой.
"
"— Тебе что-нибудь привезти? Дай мне ключи от квартиры, я заеду и возьму, что надо, — вклинился в наш разговор идеальный, сука, бывший муж. Я рефлекторно стиснул кулаки и незаметно размял шею. Этот бывший злил меня сейчас куда больше, чем мудак из грузовика.
— Мне ничего не нужно, Серёж. Просто не забудь вечером забрать к себе Стёпку. И ничего ему пока не говори. Ты, всё равно, объяснять не умеешь. Я сама ему позвоню по видеосвязи и всё объясню.
— Хорошо, — кивнул бывший. — Тогда напиши мне, во сколько тебя завтра забрать, я постараюсь…
— Я её заберу, — перебил я мямлю, которого уже едва мог терпеть. Хрен он теперь приблизится к моей Наталье.
— Вячеслав Александрович меня заберет, — кивнула Наталья.
— Ладно, — смерил меня бывший хмурым взглядом. Как удержать в себе пацанское желание показать ему хуй? — Но, если что, звони.
— Угу, — вяло бросила ему Наталья, пытаясь расслабиться в полусидячем положении на подушке.
— Я сейчас, — предупредил я Наталью и вышел из палаты вслед за бывшим. — Секунду подожди, — произнес я, вынудив того остановиться и повернуться ко мне. В своем телефоне я нашёл фотографию грузовика, на которой ясно было видно номер и марку машины. — Запомнил?
— Запомнил, — кивнул бывший.
— Ты ебёшь его юридически, я — физически. Договор?
— Договор, — кивнул тот, и почему-то, в этот момент я понял, что конкретно эту хрень я могу ему доверить.
На этом наш разговор и завершился.
Я вернулся в палату, где, сняв пальто и пиджак и бросив их на соседнюю пустующую кровать, придвинул к Наталье табуретку и сел рядом с ней.
— Рассказывай.
— Что? — чуть нахмурилась она, посмотрев на меня.
— Не знаю. Как дела?
Наталья тихо усмехнулась, но тут её лицо скривилось в болезненной гримасе, а сама она схватилась за ребра здоровой рукой.
— Не смешите меня, Вячеслав Александрович. Очень больно.
— Прости, — произнес я и стиснул зубы.
