Я мало над чем эмоционирую, но, видя, как хрупкую аккуратную Наталью сбивает грязный грузовик, а она в страхе отползает от машины и вжимается спиной в стену ближайшего здания, пытаясь защитить себя руками от водилы, который вместо помощи спускает на неё всех собак, к моему горлу подступает ком.
И вместо того, чтобы помочь ей, этот мудак садится в машину и едет дальше.
Наталья будто смотрит ему вслед, ожидая, когда тот скроется из виду, и после этого, кривясь от боли и хватаясь за левый бок, снова подползает к дороге, где у обочины находит, похоже, свой телефон и, видимо, в этот момент и вызывает сама себе «скорую».
К ней подходят какие-то девушки, пытаются поднять на ноги, и мне кажется, что на видео, на котором не записан звук, я слышу, как она вскрикивает от боли и, согнувшись пополам, вновь оседает на холодный асфальт. Она будто то отключается, то вновь приходит в сознание. К счастью, прохожие девчонки пробыли с ней до приезда «скорой».
Я сфотографировал марку и номер грузовика, скинул информацию знакомым с просьбой найти этого мудилу, с которым я разберусь сразу после того, как увижу, что жизни Натальи ничего не угрожает.
В первой же больнице, в городской, я узнаю, что к ним пару часов назад поступила Наталья. Она в сознании, ей провели необходимые процедуры, в двух рёбрах есть трещины. И у неё уже есть гости. Идеальный, сука, бывший муж прямо в её палате…
Я не захожу сразу. Стиснув зубы, я даю себе несколько секунд, чтобы перевести дыхание и успокоиться.
Риск того, что я сейчас на эмоциях наломаю дров, слишком велик. Хочу ли я спугнуть Наталью, да ещё тогда, когда она в таком состоянии? Я же не совсем придурок.
— Я сейчас отправлю запрос на предоставление записи с камер видеонаблюдения. Наверняка, там есть наружка, возможно, будут видны номера… — услышал я бубнеж бывшего Натальи.
Ты, блядь, ещё во Вселенную запрос отправь и жди у моря погода.
— Смысл, Федосеев? — донесся до меня голос Натальи, и я сразу понял, что она чертовски слаба или устала.
— Я же тоже виновата. По сторонам не смотрела, в телефон пялилась…
— Я разберусь, — деловито ответил ей бывший.
Ебать! Бэтмен, блядь!
— Добрый почти вечер, — я вошёл в палату и мгновенно проигнорировал стоящего рядом с кроватью бывшего Натальи. А вот саму Наталью проигнорировать было невозможно.
Её красные заплаканные глаза удивленно сосредоточились на мне.
— Вячеслав Александрович?
— Узнаёшь. Головой, значит, не ударялась.
