Или когда мой одногруппник Ярослав, желая прослыть опытным любовником, публично описал под какой музыкальный трек и сколькими пальцами штурмовал запасные ножны своей боевой подруги в разгар бурного полового акта. Прости Candy Dulfer — Lily was here, пришлось удалить тебя из плей-листа.
Или когда Леонид…
А, впрочем, не важно. Дипломы, задницы и даже мой бывший никогда не сравнятся с теми ощущениями, которые организованной толпой последовали дальше.
Закатываю тележку в кинозал, разрываю конверт и безотрывно всматриваюсь в DVD-диск, самый обычный, с простой подписью, выполненной черным маркером, лаконичной и наталкивающей на ворох мыслей разного калибра.
— Анна, — читаю вслух, как будто ожидаю, что по мановению волшебной палочки надпись изменится или возникнут дополнительные строки, описание сюжета.
Включаю проигрыватель, вставляю диск, немеющими пальцами нажимаю кнопку на пульте, и опускаюсь на диван.
Первая серия снята на одну камеру. Качество не слишком хорошее, явно заметна зернистость. Перед нами хорошо обставленный кабинет, можно рассмотреть поверхность стола, кресло напротив, диванчики по обе стороны, картины и полочки с разными папками, но взгляд первым делом упирается в дверь, которая прямо по курсу.
Вкрадчивый стук и ответное «Проходите», сказанное приятным баритоном. Только сейчас замечаю мужские руки на поверхности стола, они оживают, начинают перебирать бумаги, самого человека не видно, остался за пределами кадра.
— Добрый день, вы меня вызывали, — говорит моя подруга Анна, возникшая на пороге.
Волосы уложены в аккуратную прическу, на лице минимум косметики и очки (скорее всего, для имиджа, ведь у нее никогда не было проблем со зрением), фигура упакована в строгий деловой костюм.
Начало разговора постепенно нагоняет на меня тоску, обмен любезностями, выяснение общих рабочих вопросов. Попутно узнаю, что Анна работает в отделении той самой немецкой компании, что подарила мне романтичного шефа-монтажника, причем филиал находится в России. Значит, туда она убралась без объяснения причин и слезливых прощаний.
Мужчина-руководитель явно большая шишка, заметно по тону его голоса, по содержанию фраз и постановке вопросов. Анна явно переживает, недоумевает, почему рядовую сотрудницу вызвали в кабинет такого важного человека. Признаюсь, мы недоумеваем вместе, пока он не говорит:
— Что вы знаете о мистере фон Вейганде?
Сжимаю пульт от проигрывателя так крепко, что пальцам становится больно, но я не обращаю внимания.
