В этот раз Влада собиралась медленнее, а все потому, что трижды собирала и распускала волосы. В конце концов, остановилась на варианте «высоко подобранный пучок». Чтобы конструкция продержалась хотя бы половину вечера, в ход пошли все найденные шпильки, а поверх них – лаконичная заколка под серебро, украшенная бархатной стрекозой.
«Я на Вокзальной. Выходи».
Влада бросила последний взгляд в зеркало, критично оценивая общий вид. Не сказать, чтобы сногсшибательно, но всяко лучше, чем ее повседневный вид.
Темно-синий «Мерседес» Никиты она нашла припаркованным на их привычном месте – через дорогу, в закоулке между кафе и детской комиссионкой.
Сам Никита стоял снаружи, с сигаретой в одной руке и букетом лилий в другой. Светло-серый костюм сидел на нем даже лучше, чем на моделях из рекламных постеров, соломенные волосы чуть растрепались от ветра. Он не сразу ее заметил, и Влада замедлила шаг, пытаясь представить, как они будут смотреться вдвоем: молодой стильный мужчина и студентка-третьекурсница с несформированным мировоззрением и целым локомотивом комплексов.
И почему он обратил внимание именно на нее? За ним весь поток увивается, а там уж есть из чего выбрать даже самому придирчивому. Почему же он подошел к ней и как бы невзначай спросил, не хочет ли она обсудить тему своего личного проекта, например, за ужином? Влада так опешила, что оказалась способна на одно короткое «Да». Никита кивнул, попросил ее номер телефона, и пообещал перезвонить в течение дня. Они встретились на следующий день: он припарковался на этом же месте, а она не стала уточнять, почему так далеко.
Наивная – да, но не идиотка, чтобы не понимать очевидной предосторожности. Никита отвез ее в милый ресторан на набережной, где их провели за столик с видом на залив, в вечернюю пору оранжевый, от пролившегося за горизонт закатного солнца. Они отдали дань вежливости – действительно обсудили тему ее личного проекта, которым Влада собиралась закрыть брешь в его предмете, которая образовалась из-за затянувшегося на целый месяц воспаления легких.
А потом, опять же по инициативе Никиты, перешли на «ты» и сменили тон разговора на неформальный."
"За два месяца таких встреч, их отношения, по личным ощущениям Влады, продвинулась едва ли на полшага. И чем дальше – тем меньше она понимала происходящее. Строго говоря, не считая отступления от формального тона и вчерашнего целомудренного «чмока», в их отношениях не было ровным счетом ничего предосудительного.
