Плохая

На мне этот взгляд не задержался, рутинно, без интереса проскользнул мимо.

— Почетному гостю приоритет, — произнес Удав, протягивая Даниэлу рокс с виски.

Тот отпил, медленно опустил глаза на пустую бутылку, усмехнулся краешками губ и крутанул ее.

Когда горлышко указало на меня, почувствовала смешанное чувство снова наступившего страха и… почему-то облегчения. Из всех присутствовавших, конечно, он был наименее для меня неприятным персонажем.

Наконец, наши взгляды пересеклись. Как тогда, в душевой, я была перед ним открыта и беспомощна.

Без права выбора. Без права на протест или неповиновение.

— Любое желание, говоришь? — сказал он так, что черты его лица обострились, — раз так, пусть она для меня сейчас станцует…

— Только здесь… Не будем лишать удовольствия других. В том суть игры… — добавил Удав. Его интонация говорила сама за себя- он был не доволен таким развитием событий.

— Вставай, сучка! — обратился Эли теперь ко мне, — Покажи, на что ты способна и чем удерживала своего любовника возле себя столько лет…

Я посмотрела с презрением через плечо на Эли.

Даниэлем это не осталось незамеченным. Теперь мои глаза смотрели только на него. А его-на меня. Он бросал мне вызов, а я принимала. Внутри торжествовало предвкушение приближающегося превосходства. Я знала, что сейчас будет. Мужчины предсказуемы и примитивны, кто бы что ни говорил. Это и только это позволяет женщинам выживать в их суровом мире.

Закрыла глаза, отрешаясь от действительности. Здесь и сейчас не будет существовать никого кроме меня.

Так я видела это со стороны. Встала в центре зала, улавливая ритмы только что сменившейся музыки. Они поставили что-то чувственное- и в то же время танцевальное. Грудное, густое, с элементами восточного шика и в то же время современное. Наверное, кто-то из популярных ливанских ди джеев. Музыка здесь всегда была отменной. Ливанцы умели так же хорошо веселиться, как и убивать.

Я отменно танцевала. Не потому, что занималась танцами с детства и вечно представляла себя перед зеркалом всемирно известной актрисой, певицей или танцовщицей… Как раз с точки зрения профессионального потенциала я была посредственна.

Но чувство ритма, равно как и умение владеть своим телом делали меня уверенной на танцполе. А это — главное. Иногда даже одно нелепое движение руки может смазать впечатление от самого филигранного исполнения. А еще я свято следовала одному неизменному правилу, делающему меня «лучшей из плохих».