Плохая

Том самом, где я испытала одно из первых своих унижений в этом аду. Скотобойня.

— Раздевайся. До гола, — снова звучит его приказ.

Я стараюсь отключить мозг, насколько это возможно. Отворачиваюсь к нему спиной и снимаю одежду. По факту снимать особо нечего. Так что не проходит и минуты, как я совершенно голая перед ним.

Прикрываю себя руками, смотрю в пол. Жду следующей команды, которая не заставляет себя ждать.

— Включай воду и вставай под душ.

Его голос хриплый и уже не такой воинственно- агрессивный.

Я молча выполняю приказ.

Чтобы настроить воду, мне приходится убрать руки от груди и гладкого лобка. Чувствую на себе его взгляд. Смотрю ему в лицо и вижу, как он жадно впивается глазами в мою грудь.

Я знала, он запал на нее еще в первую нашу встречу. На самом деле, было, на что западать. Природа наградила меня шикарным третьим размером при осиной талии. Идеальные пропорции, словно бы мастерски вылепленные пластическим хирургом. Многие ведь и правда думали, что я делала пластику.

— Возьми гель для душа.

Помой себя, от тебя воняет крысами.

Все так же отрешенно, насколько это возможно, словно бы смотря на все со стороны, беру в руки притаившийся на покрытой известковым налетом металлической полке бутылёк с гелем, приторный запах которого я запомнила еще с первого раза.

Выдавливаю кислотно-перламутровую жидкость на руку, поворачиваясь к Тигру боком, дабы минимизировать ему обзор, начинаю резко и совершенно неэротично натирать себя.

— Медленнее… Повернись ко мне и смотри на меня, — говорит он совсем хрипло.

 — помой грудь и промежность.

Я поднимаю взгляд на него, чувствуя, как внутри все переворачивается от легко считываемого в его глазах голода. Если бы не этот голод, я бы сейчас горела от унижения, потому что происходящее, конечно, было унизительным. Но на самом деле, именно этот голод и есть единственное ваше оружие перед лицом жестоких мужчин, женщины. Ради утоления этого самого голода они и готовы совершать глупости и безумства. В остальном все равно всегда присутствует расчет.

Моя ставка была именно на то, что я распалю его голод еще сильнее, до точки кипения. Да, голодный зверь может быть очень агрессивным, даже опасным, но что вообще было безопасным в моем положении? Я продолжала блефовать, играя на повышение ставок. Этот путь все меньше и меньше оставлял мне простор для маневра. Я либо сорву куш, либо…

Провожу руками по груди, преднамеренно цепляя соски, спускаюсь вдоль живота к лобку. Его взгляд жадно следует за мной.