Плохой парень

Шандарахает по затылку и на мгновение теряю равновесие, но Валечку удерживаю, намертво приклеив собой к стенке.

Пиздец. Пиздец. Пиздец.

А дальше хоть потоп.

Излившись в Валю до конца, не выхожу. Так и стоим, выравнивая дыхание. А пока…один нюанс не дает, блять, покоя! Перехватываю ногу и стягиваю сначала один чулок, потом второй. От греха подальше!

Это же просто моя удавка какая-то, способная вздернуть меня на раз-два. Валя протестно ударяет ладошками по моей груди. Черт, она вообще на что рассчитывала? Что я молчу впитывать буду?

А мои нервные клетки не волнуют, ага?

—Ты с ума сошел? — охает, сложив бровки домиком.

Допустим, сошел. Или еще подаю признаки адекватности. Как это связано с чулками?!

—Я нет, ты да, если додумалась надеть чулки в мужской коллектив, — рычу, прижимаясь носом в спутанные от нашего секса волосы. Красота. Сразу видно, что я там побывал.

Валя рдеет, потрясенно посматривая на меня как на врага народа.

Ударяет и пытается выбраться. Я медленно выхожу и криво улыбаюсь, замечаю, как сперма стекает у нее между бедер.

—Я же вообще-то чулки спас, — хмыкаю, притягивая капрон к лицу. Вдыхаю поглубже. капец как круто. Пахнет Валечкой и сексом. Нашим. Звериным.

Но вот Рахманинова сейчас похожа больше на фурию, поправляет белье и собирает семя рукой. Ну малыш, ты еще туда затолкай, на всякий случай…

Этот комментарий оставляю при себе, довольствуясь видом. Вообще-то, я бы непременно еще раз догнался вот так, потому что хорошо. Вот сразу злость затихла. Прекрасно же?

—Мне вообще для счастья надо мало, да и успокоить меня проще простого.

—Ты ненормальный, что ли?! Я тебя о чем просила?! Юра, это ничерта не смешно, отдай чулки! — пытается вырвать, но я над головой поднимаю и улыбаюсь почти во все тридцать два. Наступаю скалой и членом упираюсь в бедра своей красотки. Она еще не опустила юбку, и это удачное положение, чтобы головкой вжаться в ажурную ткань черных трусиков.

Меня вставляет ее белье.

Логичнее назвать, что меня не вставляет.

Валя прыгает, пытаясь достать, но выходить лишь напороться на мои губы. Я целую ее несмотря на протест.

—Никаких чулков. Никаких Юбок. Свободные брюки и длинный пиджак, — рычу, когда в состоянии оторваться от ее губ. Валя злится, и это понятно, но я тоже злюсь. Почти.

Мой праведный гнев затушил секс, совсем как пожар тушит огнетушитель.

Прячу слен в штаны, а чулки сворачиваю и в карман сую.