Плохой парень

Реально не выкупал, как такое возможно, что настолько влип я в нее, на скорости вмазался еще сопляком.

Кто бы сказал, что это какие-то там чувства?

Валечка включается, хоть и бубнит что-то в перерывах, когда я ей даю возможность вдохнуть. Перехватываю ее за лицо пальцами и веду носом вдоль щеки, втягивая больше ее запаха.

Раскатываю горошину большим пальцем и поудобнее усаживаю Валю на себя, пока второй рукой освобождаю налившейся член. Он у меня с ней всегда готов, и в этом моя самая главная проблема сейчас, ведь ближайший увал в субботу.

А до субботы мне придется как-то жить.

Как вариант прижимать ее вот так.

Везде, где смогу схватить, даже там, где будет сложно или чревато.

Без промедление вхожу в нее, влетаю вернее, сильнее вжимаясь в нее всем телом. Пока ребра предательски не стонут вместе с Валей. Только она от восторга. По голове прилетает, пока я держу эти манящие бедра прямо там, где блядские чулки ласкают кожу ладоней.

Пиздец. Они на чем держатся? На каком, мать вашу, клее? На честном слове, разве что, как я думал.

Вторгаюсь в нее сильнее и быстрее, всматриваясь в потемневшие от похоти и восторга глаза. Нет времени раздеться, я прямо поверх одежды ласкаю грудь, чувствуя даже сквозь ткань острый сосок.

Черт! Да как выдержать? Все внутренности со стоном просят большего. Хриплые стоны услада для моих ушей, но хочется еще больше.

По горлу разливается вязкая лава. Меня начинает бить дрожь, пальцы сильнее впиваются в мягкую кожу Вали. Останутся синяки, и я чертов чудовище, но это уже не исправить.

Я не могу удержать зверя.

Валя сцепляет ноги на моей талии, удерживаясь самостоятельное. Сильная моя девочка. Улыбаюсь и слизываю скатывающуюся дорожку пота по ее лицу. Пиздец. Меня вставляет даже это. Во рту взрывается весь спектр ароматов и вкусов. Ее вкусов. От цветочного до только ее, разрывающего меня на части.

Мне снится ее запах. Видится она. Я помню ее вкус. Запомнил с первого раза и утрамбовал в себя. На века

Срываю ее пиджак и расстегиваю верхние пуговицы зубами, чтобы встретить белый лифчик, чья кромка едва прикрывает соски.

Лобовая атака. Никакой разведки, исключительно пехота меня на части разорвала.

Ускоряюсь и углубляюсь, что аж у самого искры перед глазами вспыхивают. Веду языком по ажурной ткани и прикусываю сосок через ткань. Валя вздрагивает в моих руках, содрогаясь в оргазме.

Ловлю ее пухлые губы и догоняюсь сам, что аж уши заливает бетоном.