Плохой парень

Дыхание срывается, я делаю ошибки, причем такие глупые, что беру паузу, чтобы попить воды.

Под конец пары я заведена максимально для того, чтобы вылететь из аудитории, но как только слышится звонок, меня волнение слегка отпускает. Курсанты мигом выходят из аудитории, все…кроме Юры. Он тормозит и складывает тетради с ручкой, копошится.

Я тоже торможу, оглядываюсь, чтобы ни на кого не напороться, и стоит последнему курсанту выйти, как Юра устремляется в мою сторону, пронзая диким взглядом.

—Что за блядский веник?! — рычит мне в губы, а затем рвано целует, тут же отстраняется и, перехватив за пылающее лицо, упирается в лоб.

Оглядываемся синхронно.

—Я не знаю! Может папа подарил?

—Что ты мне чешешь? Он бы подарил тебе лично, а не так! — свирепствует Шолохов, но у меня и правда нет идей, никаких. Кроме…ученика отца, который и правда мог бы это сделать.

Глупо было бы не заметить искреннего интереса с его стороны, да и в конце концов, это очевидный мужской жест.

—Это была демонстрация, — отчаянно шипит мне в губы Юра, а затем снова впивается, толкает язык в рот.

Меня обдает кипятком, ошпаривает. Перед глазами искрятся звезды.

Отрываюсь первая, делаю шаг назад, потому что аудитория не закрыта, и так нельзя себя вести! Опять в стенах академии секс? Нет, не будет.

Я поклялась себе не допустить этой ситуации, ведь рано или поздно нас все равно раскроют.

Найдется случай, который в итоге омрачит мою работу, а то и вовсе сделает ее невозможной. Плюс ко всему скандал! Кому это надо? Явно не мне.

Вполне можно личные отношения держать именно за пределами академии, так будет правильнее всего.

—Юра, я тут второй день, какая еще демонстрация? Пожалуйста, не накручивай себя.

Он резко дергается в мою сторону и за талию жмет к себе, толкаясь в меня эрегированным членом. Бросает в кипящий чан по щелчку. Охаю ему в грудь и втягиваю мужской аромат, мятный, свежий. Он не пользуются одеколоном тут?

Поднимаю голову и встречаюсь с яростным вожделением. Оно оседает на коже прокалывающими ощущениями.

Юра наклоняется рывком, выдыхает спертый воздух, а я глотаю его и облизываю губы в предвкушении.

—Да что ты? — отчаянно и сипло шепчет мне в лицо.

Влажные губы приземляются на горящую кожу и превращают ее в огарок. Скользят по щеке к уху. Зубами он прикусывает мочку и тянет на себя. Искры взрываютися в местах касаний.

Мне до одури страшно за свои реакции. А они ярче ядерного взрыва…

—Если это твой бывший додик, Валь. Я ж за себя не ручаюсь. Серьезно.