По дороге на Оюту (СИ)

— Мы уберёмся из этого ада. И ноги больше ни твоей, ни моей не будет на столь сомнительных космических суднах.

— Я бы предпочла, чтобы этот полёт вообще был последним в моей жизни, — очень тихо шепнула я в ответ. Демьян услышал и успокаивающе чуть сильнее сжал меня в объятьях.

Улыбнувшись, я откинулась на широкую мужскую грудь. В горле немного першило, но болезнь явно отступала. Насморк исчез, да и кашель не так мучил. Антибиотик, который вколол мне Демьян, оказался весьма эффективным.

С самым задумчивым видом мой мужчина гипнотизировал панель управления.

Его огромная ладонь лениво блуждала по моему бедру, сжимая его. Я же млела в его руках, наслаждаясь теплом мужского тела. Так непривычно и так хорошо.

Цифры медленно ползли вперёд, приближая момент начала экстренного торможения корабля.

Я вообще не представляла, как всё это будет происходить. И как можно отстрелиться или отшвартоваться от огромного пассажирского судна через абсолютно герметичный отсек. Но задавать лишних вопросов не хотелось. И не потому, что я боялась показаться Демьяну глупой, а просто не желала отвлекать его за пять минут до начала нашего побега с этого адского крейсера.

Рассматривая кнопочки на сенсорном экране панели управления, я поражалась тому, как можно запомнить значение каждой. Да их тут сотни. Маленькие, большие, красные, жёлтые, голубые, горящие и пульсирующие, круглые и квадратные кнопочки привлекали внимание, и руки чесались на что-нибудь нажать.

— Что ты возишься? – проворчал Демьян. – Волнуешься?

— Конечно, — честно созналась я и, не удержавшись, провела пальчиком по панели между двумя красивыми розовенькими кнопками.

— Осторожнее, солнышко. Нажмешь на одну из них и запустишь наши кресла в потолок. Это кнопки эвакуации пилотов при крушении судна в атмосфере планеты при взлёте или посадке.

Я быстро отдёрнула руку, а несносный боевой офицер марсианской армии похихикал. Но веселье его долго не продлилось. Быстро подхватив на руки, Демьян пересадил меня на кресло второго пилота и пристегнул.

Правда на сей раз мои руки и ноги не оказались скованными. Сам, усевшись на место, незамедлительно пристегнулся. Одним нажатием на рычаг Демьян запустил цепочку реакции на панели. Всё ожило и засияло разноцветными огоньками. Голографический экран, демонстрирующий отсек крейсера, в котором мы находились, погас. На его месте тут же развернулось другое табло, с постоянно текущими ручейком в несколько столбцов цифрами.

Крейсер заметно тряхнуло раз, ещё раз.